В водах Ладожского озера на глубине свыше 30 метров, как известно, царствует полная темнота. Военный врач-физиолог Павел Головнёв стоял на илистом дне на глубине 45 метров и наблюдал за работой водолазов. Вот они закончили своё дело, уместились на специальной платформе, и та пошла наверх. Вместе с платформой уплыл и вскоре пропал из виду мощный светильник.
Настала пора Головнёва. Ему предстояло подниматься в специальной беседке страхующего водолаза. А освещения-то больше нет, светильник уехал наверх! Кругом чернильная темнота, и где эта спасительная беседка?
Руками вслепую водил-водил вокруг себя — нет ничего. Чуть продвинулся в одну сторону — тот же результат, в другую — пусто! И так от работы взмокший, теперь он липким потом стал истекать уже по другой причине. Но, слава богу, в этот момент буквально кончиками пальцев с надетой на них резиновой перчаткой ощутил слабое прикосновение к беседке. Надо ли говорить, с какой силой он ухватился за спасительное железо! От сердца сразу отлегло.
Это один из эпизодов военной службы майора медицинской службы Павла Головнёва, ныне председателя совета ветеранов ВМФ бухты Владимирской. Судьбу морского офицера, как и два его брата, выбрал по примеру отца — морского пехотинца Балтийского флота, участника Великой Отечественной войны.
В Военно-медицинской академии им. С. М. Кирова в Ленинграде их готовили как врачей подводных лодок, поэтому Павлу довелось проходить стажировку и на дизельных подлодках, и на атомных ракетоносцах на Балтийском, Северном, Тихоокеанском флотах.
Волею командования после выпуска из академии Головнёв попал на Ладогу, на должность врача-физиолога надводного корабля «Валдай» — спасателя подводных лодок. Это корабль на базе морского тральщика 75 метров в длину, у которого имеется необходимое спасательное оборудование: декомпрессионные и спасательная камеры. На практических учениях их группа отрабатывала все необходимые элементы спасания моряков из терпящей бедствие на глубине подлодки. Учения проводились на глубинах в 120 метров неподалеку от города Приозерска, с глубины 60 метров — в бухте Владимирской.
Слава богу, настоящих аварий в то время не было, спасать по-настоящему не приходилось, но готовились к чрезвычайным ситуациям постоянно.
Работа врача-физиолога Головнёва состояла в газоанализе дыхательных смесей для водолазов, работающих на глубине. Как известно, до глубины 60 метров водолазы дышат обыкновенным воздухом, если спускаются ниже — переходят на воздушно-гелиевую смесь. Её и готовил Павел Головнёв.
Лечил он и заболевших матросов. Однажды даже пришлось делать операцию, когда матрос получил рубленую рану щеки — от глаза до губы. Шов Павлом Николаевичем был наложен настолько искусно, что после заживления на щеке остался едва заметный след.
Почему сам в водолазы подался? Чтобы как врачу понять, что испытывает человек на большой глубине, под большим давлением. Знающему человеку известно, какие огромные энергозатраты производит под водой водолаз. Помнится, когда сам врач Головнёв спускался на глубину 120 метров, то после 20 минут пребывания на грунте и последующего постепенного, поэтапного подъёма на поверхность он потерял 5 килограммов (!) веса.
Под водой чертовски холодно, постоянно плюс 4 градуса, поэтому водолазы обязательно надевают тёплое шерстяное бельё. Работа на глубине — это очень тяжёлый труд, пот течёт ручьями, поэтому тёплая одежда насквозь им пропитывается, и водолаз становится мокрым как мышь. Недаром после каждого подъёма бельё приходится сушить. Всё это Павел Николаевич испытал на себе — под повышенным давлением за время службы он провёл более тысячи часов.
Кроме учений с погружением на глубину у водолазов дважды в месяц есть ещё тренировки в барокамере без спуска под воду. Чтобы были физически постоянно готовы к настоящей работе по спасению жизней людей, попавших в беду. Врачам тоже необходимо проходить тренировки в таком режиме. Почему? При заболевании водолаза кессонной болезнью врач обязан находиться с ним в декомпрессионной камере, контролировать состояние, оказывать помощь.Был в практике Павла Николаевича случай тяжелейшей кессонной болезни у моряка. Случилось это из-за сбоя режима декомпрессии при подъёме с большой глубины. Тогда морячок провёл больше времени на одном из этапов подъёма. Когда его в поместили в декомпрессионную камеру, внезапно начались тошнота, рвота, то есть симптомы страшной кессонной болезни.
Врач Головнёв немедленно, через переходной отсек, перешёл к пострадавшему. В декомпрессионной камере на тот момент было создано давление в 10 атмосфер, как на 100-метровой глубине. Его необходимо было медленно снижать до атмосферного, чтобы организм заболевшего постепенно приходил в норму. Происходило это очень и очень медленно, в тот раз процесс длился 95 часов, то есть трое с половиной суток. Столько времени понадобилось, чтобы «взбунтовавшийся» организм молодого водолаза вошёл в обычный режим. Всё это время рядом с ним был врач Головнёв.
По окончании лечения матрос вышел выздоровевшим, правда, оглох на одно ухо — экстремальные нагрузки на организм бесследно не проходят. Фамилию того матроса Павел Николаевич хорошо запомнил — Цауш, паренёк из Молдавии. Случилось это в 1977-м году.
В связи с ухудшением состояния здоровья майора медицинской службы Павла Головнёва в 1985 году перевели служить в бригаду опытовых кораблей в бухту Владимирскую. Там год отслужил врачом-физиологом, потом шесть лет — начальником медицинской службы бригады, которую позднее преобразовали в научно-испытательный центр. Тоже интересная служба. Обычно военные со Сторожевого проводили испытания нового вооружения, в том числе торпед, ракет. А подводники из Владимирской потом находили в водной пучине Ладоги эти образцы, чтобы специалисты могли их обследовать и работать над усовершенствованием.
В 1992 году майор медицинской службы Головнёв вышел в отставку. За ратный труд имеет шесть медалей, в том числе «За безупречную службу» трёх степеней. Военный пенсионер до сих пор трудится, в настоящее время — в местном санатории.
10 апреля Павлу Николаевичу исполнилось 60 лет. Наши Вам поздравления, уважаемый! А чуть раньше, 25 марта, они с супругой Любовью Николаевной отметили 40-летие совместной жизни, в течение которой воспитали двоих детей, сейчас имеют двух внуков. Будьте счастливы, добрые люди!
Михаил Лисюк
12 апреля 2011 № 40 (11162)