№ 6 (12258) от 25 января 2020 года
Блокадное кольцо замкнулось 8 сентября 1941 года. Все дороги, которые связывали Ленинград со страной, оказались перекрыты. К этому времени население города составляло 2 миллиона 544 тысячи жителей, среди них — 400 тысяч детей. У них было особое, отмеченное войной и голодом блокады, детство.
Одной из тех, кто рос в условиях голода и холода, под свист и разрывы снарядов и бомб, была наша землячка — 80-летняя жительница поселка Плодовое, ветеран Галина Александровна Капустина.
— Мой папа ушел на фронт и пропал без вести в самом начале войны, — рассказывает она. — Мне было всего два годика. Мама, вспоминая, рассказывала, как мы с полугодовалым братом и бабусей сидели в доме в холоде, укутанные в платки, и ждали, когда она принесет нам паек. Мама, совсем молоденькая — ей было 22 года, несмотря на сильное истощение, сдавала кровь для раненых и получала за это дополнительные продукты. Донорское довольствие из расчета на день составляло 200 граммов белого хлеба, по 30 граммов сахара, животного масла и крупы, 25 граммов кондитерских изделий и половинку яйца. Принесет паек и делит, в основном, конечно, оставляя нам, детям. Бабуся сидит, молчит-молчит и скажет: «А мне?». Представить себе, что значило для нас поесть белого хлебца, крупы или сахара, могут только те, кто помнит 125 граммов — дневную норму хлеба в 41-м году. В нем было не столько ржаной или пшеничной муки, количество которой было ограничено, сколько всяких заменителей — овсяной, ячменной, кукурузной, соевой муки, жмыха, отрубей. А еще и непищевые добавки, например, гидроцеллюлоза. Так что по вкусу этот хлеб был совсем не такой, что мы покупаем сегодня в магазине. Память не дает мне забыть эти ужасные 900 дней.
Пережитым в годы войны Галина Александровна делится со школьниками, участвуя в открытых уроках о Великой Отечественной войне и в поселковых митингах, посвященных Дню Победы. Учительница начальных классов и русского языка и литературы, она, конечно, лучше многих других знает о воспитательной роли истории.
— Нам есть чем гордиться, — горячо говорит Галина Александровна. — Прежде всего, мужеством ленинградцев, которые сумели преодолеть панику и ужас во время больших очагов пожаров от воздушных налетов. Когда сгорели хранилища Бадаевских продовольственных складов и вместе с ними тонны муки и сахара. Или разве не образец для подражания желание жить и не сдаваться, когда хоронили по 2-3 тысячи человек в день! Гробов не было. Все деревянные изделия шли на отопление жилья. Так что покойников заворачивали в одеяла или простыни, а потом хоронили, просто сбрасывая в ров.
О потерях мирного населения Ленинграда у историков до сих пор нет единого мнения. В 1945 году на Нюрнбергском процессе сделали заявление, что жертвами блокады стали 649 тысяч человек, однако позднее выяснилось, что на самом деле эта цифра составила не менее 800 тысяч. Только 3% из них погибли от бомбежек и артобстрелов. Остальные 97% умерли от голода или пропали без следа.
— Мой дед однажды пошел на фабрику и не вернулся. Мать искала, ходила через трупы по улицам, но не нашла. Очень страшно было, труповозки постоянно ездили по улицам. К тому же противник активно вел артиллерийский террор — постоянные массированные обстрелы. Отсиживались в бомбоубежищах. Нас эвакуировали на Алтай только в ноябре 43-го года. Машины с людьми тонули на Ладоге. Чтобы этого не видели дети, нас накрывали одеялами…
Дорога жизни — тонкая нить, связывавшая осажденный город со страной. Дорога, давшая надежду ленинградцам. Она была проложена по льду Ладожского озера. Нельзя передать словами самоотверженность и отвагу, которые проявили шоферы тех самых машин. Немцы бомбили и обстреливали дорогу, но им не удалось остановить движение. Всего по Дороге жизни эвакуировали около миллиона человек.
Еще одна всеобщая, большая радость — День Победы. После этого известия люди обнимали друг друга на улицах. Уже в 46-м году семья Галины Александровны вернулась в Ленинград. В родном городе моя героиня окончила начальную школу. Затем снова переезд — на этот раз в город Бердск Новосибирской области. Окончив здесь 7 классов, она поступила в местное педагогическое училище. По его окончании трудилась учительницей начальных классов на Алтае.
Затем вышел приказ об обязательном высшем образовании для педагогов, и Галине Александровне вновь пришлось стать студенткой — уже педагогического института.
После чего она уже преподавала не только в младших классах, но и вела уроки русского языка и литературы для старшеклассников.
В 1982 году моя героиня опять приехала в Ленинград. А через некоторое время обосновалась в Плодовом (ее брат в то время уже долгое время жил в Приозерске, так что поселилась поближе к родне). В 1994 году, когда вышла на пенсию, полностью отдалась своему любимому увлечению — художественному творчеству. Галина Александровна великолепно поет в хоре «Сударушка» и задушевно читает наизусть стихи, предпочитая произведения Андрея Дементьева, Федора Тютчева, Анны Ахматовой. Таланты моей собеседницы заслужили широкое признание: множеством благодарностей, грамот и дипломов за успехи в самодеятельности украшена почти целиком одна из стен гостиной. А еще она любит создавать домашний уют: вяжет салфетки, букеты цветов, тапочки, выращивает цветы и ухаживает за огородом, расположенным рядом с домом. Своими заготовками она снабжает родных, когда ее навещают две дочери и двое взрослых внуков.
Необычайно молодой взгляд, ослепительно белая кожа в сочетании с аккуратно уложенными в прическу густыми каштановыми волосами без признаков седины — внешностью моей собеседницы я любовалась на протяжении всего интервью. По словам Галины Александровны, следить за собой ее приучила профессия — учитель во всем должен быть примером. Кроме того, она запомнила одно выражение своей коллеги, которая всегда ей говорила: «На работу надо идти, как на праздник!». А еще, слушая ее рассказы про то, как она преподавала в классах, где было по 43-44 ученика, успевая за урок до каждого донести знания по чистописанию или по новому правилу русского языка, я поражалась: откуда столько энергии в этой удивительной женщине? Ведь приходя после школы домой, она еще успевала и за своим немаленьким крестьянским хозяйством следить, а также вела общественно полезную деятельность. Объясняя необычайную активность, сохранившуюся до сих пор, она сказала, что быть сильной и решительной приучили публичные должности: председатель профсоюза, член партии, председатель женсовета. Во всех этих ипостасях часто приходилось решать задачи, требовавшие большого упорства, самоотдачи и целеустремленности.
Напоследок, вспоминая о прошлом времени, Галина Александровна сказала:
— Я помню, что было тяжело: мы не высыпались, работали на износ. Но вот чтобы жалели себя — не помню. Такой настрой тогда был. И этому, в том числе, научили нас наши родители, пережившие войну, свидетелями которой стали и мы, дети. Каждый из нас был готов к подвигу, если страна потребует этого.
Людмила БОРИСОВА
Фотогалерея:
