№ 27 (12279) от 08 апреля 2020 года
Разумный срок уголовного судопроизводства в настоящее время является важнейшим национальным принципом и международным стандартом справедливой уголовно-процессуальной деятельности.
Безусловно, разумный срок – это оценочное понятие, и ст. 6.1 УПК РФ лишь рамочно задает основные параметры разумности как судебного, так и досудебного производства: правовая и фактическая сложность уголовного дела, своевременность обращения лица, которому деянием, запрещенным уголовным законом, причинен вред, с заявлением о преступлении, поведение участников уголовного судопроизводства, достаточность и эффективность действий суда, прокурора, руководителя следственного органа, следователя, органа дознания, начальника органа дознания, начальника подразделения дознания, дознавателя, производимых в целях своевременного осуществления доследственной проверки, уголовного преследования на досудебных стадиях или рассмотрения уголовного дела в суде, и общая продолжительность уголовного судопроизводства.
В ст. 6.1 УПК РФ законодатель исчисляет разумный срок как период с момента начала осуществления уголовного преследования до момента прекращения уголовного преследования или вынесения обвинительного приговора. Однако Конституционный суд РФ в ряде своих постановлений по-иному определил начальные и конечные точки разумного срока в некоторых уголовно-процессуальных ситуациях.
Так, в своем недавнем постановлении № 6-П от 30 января 2020 года по делу о проверке конституционности ч. 3 ст. 6-1 УПК РФ в связи с жалобой гражданки Э. Р. Юровских Конституционный суд РФ обязал законодателя внести поправки в УПК РФ, направленные на уточнение порядка определения для потерпевших от преступлений момента начала исчисления разумного срока уголовного судопроизводства. Конституционный суд РФ в очередной раз подчеркнул, что потерпевшему в уголовном судопроизводстве должна обеспечиваться реальная судебная защита в форме восстановления нарушенных преступлением прав и свобод в разумный срок – со дня подачи заявления о преступлении и до момента возбуждения уголовного дела и вынесения постановления о признании лица потерпевшим. Однако оспариваемая норма, как по своему буквальному смыслу, так и по смыслу, придаваемому ей судебной практикой, позволяет исключать из оценки разумности срока уголовного судопроизводства продолжительность стадии возбуждения данного дела, когда дело прекращается в связи со смерть
ю подозреваемого. Это приводит к нарушению конституционных прав лица, которому преступлением причинен вред.
Конституционный суд РФ постановил признать ч. 3 ст. 6.1 УПК РФ не соответствующей Конституции РФ в той мере, в какой она позволяет при определении разумного срока уголовного судопроизводства для лица, которому преступлением причинен физический, имущественный, моральный вред (признанного в установленном порядке потерпевшим), не учитывать период со дня подачи им заявления о преступлении и до момента возбуждения уголовного дела об этом преступлении в случаях, когда производство по данному уголовному делу прекращено в связи со смертью подозреваемого. Федеральному законодателю предписано внести соответствующие изменения в уголовно-процессуальный закон.
Конституционный суд РФ, рассматривая указанное выше дело, в числе прочего сослался на выводы из своего постановления № 23-П от 13 июня 2019 года, где рассматривался вопрос об определении продолжительности разумного срока судопроизводства для уголовных дел с постановлением обвинительного приговора: течение разумного срока должно начинаться со дня подачи потерпевшим заявления о преступлении и включать в себя период его доследственной проверки до момента возбуждения уголовного дела об этом преступлении.
Г. МЕНИС,
зам. городского прокурора
младший советник юстиции