№ 24 (12473) от 06 апреля 2022 года
Краеведческая страница. Выпуск № 2 (272)
Портретная галерея к 60-летнему юбилею музея-крепости «Корела»
Любитель старины
Портрет двадцать третий — русский писатель Николай Семёнович Лесков
Замечательный русский писатель Николай Лесков (1831-1895) навсегда вошёл в историю нашего города. Его широко известная повесть (к слову сказать, сам писатель назвал своё произведение «рассказом») «Очарованный странник», написанная в 1872-1873 годах и опубликованная в 1874-м, начинается с рассуждений о городе.
Причём легко можно установить тот факт, что посетил он Корелу летом 1872 года во время поездки по Ладожскому озеру. Именно тогда и предстал наш город пред очами столичного жителя в таком удручающем состоянии, «грустнее которого трудно что-нибудь выдумать».
Примечательно, что во второй половине 19-го века писатель называет город Корелой, хотя известно, что уже с конца 16-го века он именовался Кексгольмом, а в 1710 году Пётр Первый, вернув территории в Россию, это шведское название за городом закрепил.
Известно, что Лесков был большим любителем старины. Раз в неделю он обязательно отправлялся на базар, где в небольших лавочках покупал у старьевщиков старопечатные книги, диковинные вещицы и, довольный своей удачей, возвращался домой. Понятно, что за долгие годы таких экспедиций подобных вещей у него накопилось много.
Все русские писатели были широко образованными людьми, Лесков не был исключением из их числа. Конечно, он знал историю Русского государства и предпочёл назвать в своём рассказе «чрезвычайно старый русский посёлок» именно Корелой. К сожалению, пока ещё даже в академическом издании собрания сочинений Лескова этот факт никак не откомментирован. Вероятно, не пришло ещё время.
Напомню, что у нашего города четыре названия: новгородское — Корела, шведское — Кексгольм, финское — Кякисалми, современное русское — Приозерск.
Приведём отрывок из повести писателя, который является непосредственным началом интересного жизнеописания, наполненного невероятными приключениями. А началось увлекательное повествование с посещения города Корелы:
«Мы плыли по Ладожскому озеру от острова Коневца к Валааму и на пути зашли по корабельной надобности в пристань к Кореле. Здесь многие из нас полюбопытствовали сойти на берег и съездили на бодрых чухонских лошадках в пустынный городок. Затем капитан изготовился продолжать путь, и мы снова отплыли.
После посещения Корелы весьма естественно, что речь зашла об этом бедном, хотя и чрезвычайно старом русском посёлке, грустнее которого трудно что-нибудь выдумать. На судне все разделяли это мнение, и один из пассажиров, человек, склонный к философским обобщениям и политической шутливости, заметил, что он никак не может понять: для чего это неудобных в Петербурге людей принято отправлять куда-нибудь в более или менее отдалённые места, отчего, конечно, происходит убыток казне на их провоз, тогда как тут же, вблизи столицы, есть на Ладожском берегу такое превосходное место, как Корела, где любое вольномыслие и свободомыслие не могут устоять перед апатиею населения и ужасною скукою гнетущей, скупой природы».
Портрет писателя Николая Лескова украшал экспозицию нашего музея до 2014 года, когда произошли изменения и реконструкция в стенах Нового арсенала. Это была копия с фотографии 1880-х годов. Портрет поплечный, небольшие усы и борода, в сюртуке с маленьким воротником, в пёстром шейном платке.
К сожалению, в новой экспозиции пока нет страницы, отображающей рассказ о путешественниках, посетивших город. Но это вопрос будущего. И тогда портрет Николая Семёновича обязательно займёт своё положенное место.
Портрет Н. С. Лескова 1880-х годов.
Харизматичный экскурсовод
Портрет двадцать четвертый — краевед Левким Петрович Потёмкин
Стройный, худощавый, с копной светлых волос над высоким лбом — таким предстаёт на старых снимках известный в городе краевед, сотрудник музея-крепости «Корела» Левким Потёмкин.
Область его интересов не менялась: он изучал историю края, где жил, сочинял стихи, писал очерки и рассказы, которые публиковались в местной газете, а вот исторический роман остался в рукописи.
Его увлечённость и страстность не могли оставить людей равнодушными. Начинал он свою карьеру в Приозерском военном санатории. Ещё до службы в армии был заведующим библиотекой, а после возвращения на «гражданку» краткий период работал начальником санаторского клуба. Отдыхающие — благодарные слушатели, они с удовольствием посещали лекции Левкима Петровича по истории Корелы-Кексгольма, которые он всегда заканчивал вдохновенным чтением стихов о Приозерске собственного сочинения.
Необычное имя, славная фамилия, принадлежащая к древнему типу русских фамилий, образованных от мирского имени-прозвища. Всё это дополнительно привлекало к Левкиму Потёмкину людей. Вероятно, и у него самого вызывало определённые мысли. Может быть, существовали семейные легенды, определившие его жизненный путь. К сожалению, нам многое неизвестно о яркой личности одного из первых краеведов Приозерска. Но в городе многие помнят его, время от времени в музее появляются люди, которые говорят, что Потёмкин приходил к ним в школу, рассказывал какие-то истории, было очень интересно слушать.
На сохранившихся снимках Левким Петрович часто предстаёт в окружении большой группы туристов, которым он вдохновенно повествует о непростой истории Приозерья.
Л. П. Потёмкин. Фото 1970-х годов.
Л. П. Потёмкин во время экскурсии. Фото 1970 года.
Русский советский офицер
Портрет двадцать пятый — первый комендант Кексгольма Николай васильевич Челюсткин
19 марта 1940 года майор штаба Николай Челюсткин (1896-1967) вошёл в город Кексгольм. У него в кармане лежало удостоверение, где было написано, что он назначается комендантом города Кексгольма, согласно Московскому мирному договору отошедшего Советскому Союзу.
Николай Васильевич служил в царской армии, получил ранение на фронте Первой мировой войны, а потом поступил на службу в Красную армию. После окончания советско-финляндской войны он был, как уже упоминалось выше, военным комендантом города Кексгольма. Привёз сюда свою семью. Они жили в местечке Пеккала, ныне это пустырь возле так называемого «чёртова моста», именно там начинается современная улица Чапаева.
Великая Отечественная война застала Николая Васильевича в Кексгольме. Закончил войну в Чехословакии начальником штаба 43-го стрелкового корпуса. В 1945-м министр обороны назначил его комендантом города Львова, где он и служил до выхода в отставку. За боевые подвиги и безупречную службу был награждён 17 правительственными наградами.
В начале шестидесятых годов Челюсткин отдыхал в Приозерском военном санатории. Передал в музей свои записки и сохранившуюся у него копию протокола, составленного при передаче города Кексгольма финской стороной советской стороне, которую и представлял майор Челюсткин.
После смерти прославленного защитника Отечества его вдова передала в наш музей его награды.
Полковник Н. В. Челюсткин. Фото 1965 года.
Отличная застёжка-фибула
Портрет двадцать шестой — фибула
Необычное слово «фибула» с некоторых пор прочно вошло в современный язык, им уже никого не удивить. Что этому способствовало, трудно сказать.
То ли ставшие обычным явлением реконструкторские представления, когда взрослые мужчины и женщины, по большей части, конечно, молодые, наряжаются в одежды средневекового образца, изготовленные самостоятельно или по заказу у мастера, и демонстрируют народу плащи и платья, заколотые на старинный лад красивыми массивными застёжками, которые и есть те самые фибулы.
К тому же мастера изготавливают фибулы для любителей стильно одеваться, и если вам захочется щегольнуть яркой вещицей, то эта застёжка обязательно обратит на себя внимание.
Фибула активно использовалась в качестве застёжки до раннего Средневековья, пока не появились в обиходе пуговицы.
В экспозиции музея-крепости «Корела» можно увидеть фибулы определённого образца, именно такими пользовались проживавшие на Карельском перешейке карелы, причём и мужчины, и женщины.
К характерным элементам металлического убора в костюме народов балтийского региона относятся подковообразные фибулы. Они были спиралеконечные, с загнутыми в трубочку спиральными концами. Ими скрепляли ворот рубахи.
Кольцевидные фибулы представляют собой замкнутые кольца, пластинчатые или круглопроволочные. Их носили женщины на груди.
Овально-выпуклая фибула использовалась для скрепления двух полотнищ верхней одежды у женщин и у мужчин. Именно овально-выпуклые фибулы выглядят наиболее впечатляюще, они массивные, причудливо орнаментированы.
Кольцевидная фибула.
Ведущая страницы Любовь Дмитриева, главный хранитель фондов музея-крепости «Корела»
Фото предоставлены автором