есколько лет назад один из сотрудников музея обратился с вопросом к филологу Ольге Васильевой, которая является специалистом по творчеству известного русского писателя Василия Лебедева (1934-1981). Ольга Владимировна откликнулась со свойственной русскому учёному широтой — она прислала целую посылку с материалами, накопленными ею в ходе работы над творчеством писателя. Это переплетённая рукопись кандидатской диссертации, которую она защитила в Пушкинском Доме в 1990 году, фотографии писателя, брошюра исследовательницы о творчестве В. Лебедева, вышедшая в 2006 году; критические статьи из журналов, публиковавшиеся ещё при жизни писателя, и даже выписки из лебедевского архива, сделанные самой Ольгой Владимировной с разрешения его вдовы.
Он был нашим земляком
Василий Лебедев родился в 1934 году в городе Красный Холм Тверской (тогда Калининской) области. Рано осиротел, его опекуном стала старшая сестра, которая после войны перебралась в Ленинград, следом за ней туда приехал и Василий. Работал сначала учеником повара, потом стал кондитером. Многому научился в жизни будущий писатель, много освоил рабочих профессий, прежде чем, отслужив в армии, поступил учиться на филологический факультет Ленинградского университета. Учился на вечернем отделении, работая поваром.
После окончания университета Василий Лебедев приехал в наш район, жил в посёлке Портовое, который раньше назывался Хапарайнен, что можно перевести как «Осиновая пустошь». Он построил себе дом на старом финском фундаменте. В. Лебедев работал учителем русского языка и литературы. На работу ходил за девять километров.
Известный питерский поэт и писатель Глеб Горышин писал в 1969 году о знакомстве с Василием Лебедевым, создав яркий образ этого рано ушедшего из жизни талантливого человека:
«Когда я встретился с Васей Лебедевым, он учительствовал в селе Портовое, на Карельском перешейке. Дом его был поставлен на берегу Вуоксы, среди сказочно громадных сосен и елей. Ели сплошной кулисой заслоняли усадьбу от северного ветра. В лебедевском саду плодоносили яблони. Двухэтажный дом Лебедев сам воздвиг на старом финском фундаменте. Усадьба учителя Лебедева являла собой образец цветущего хозяйства. Он смеялся, распевал, сам стряпал обед на кухне.
Наверное, он был талантливым кондитером: этому нашлось немало свидетельств, когда приступили к столу. Он был талантливым плотником и столяром, об этом свидетельствовал его дом-особняк с мансардой. Он окончил университет и преподавал литературу в сельской школе, но любую плотницкую работу он осваивал с такой же лёгкостью, как и курс филологического факультета. За семь лет своей жизни в лесной деревне Лебедев проявил себя хозяйственным селянином. Однако мне казалось, что завтра может он сесть в автобус, уехать в город и на другой же день стать вполне горожанином…».
Горышин оказался прав в своих предположениях, когда начали выходить книги Лебедева, тот перебрался в город и стал профессиональным литератором. К тому же необходимо отметить, что он и по рождению был горожанином.
Непростые судьбы
Вероятно, Лебедев действительно был талантлив во многом. Неслучайно в 1950 году его в числе ста лучших поваров послали в Финляндию для обслуживания Олимпийских игр. Там он встретился с человеком, русским эмигрантом, бывшим матросом, образ которого, вероятно, послужил основой для изображения героя повести «Жизнь прожить», вышедшей в конце 1960-х годов. В архиве писателя появилась запись: «Десять минут — и открылась мне чужая жизнь, непростая судьба. Полтора десятилетия жила во мне память о том разговоре, стояло передо мной лицо этого человека. Непролитой тучей томило душу, пока однажды она не выплеснулась в повести и не получила того самого «очищения» или разрядки, которую ещё Аристотель подметил и назвал катарсисом…».
Эта запись как нельзя лучше свидетельствует о том, что Василий Лебедев черпал материал из собственных переживаний и впечатлений, во всех его произведениях есть много тому признаков. Его повесть «Жизнь прожить» о русском крестьянине, волею судьбы оказавшимся вовлечённым в кронштадтский мятеж и потом уже бежавшим в соседнюю Финляндию. Но не смог русский человек той ещё закваски, дореволюционной, жить в чужой стране.
Тема одиночества человека в этом мире очень была близка писателю. Простые люди со сложной судьбой становились героями его произведений.
К сожалению, в одном из последних словарей, где собраны биографии русских писателей ХХ века, почему-то не нашлось места для Василия Лебедева. Будем надеяться, что это всего лишь досадное недоразумение, и уже в следующем справочнике обязательно будет имя русского писателя Василия Лебедева, причём с биографическими фактами, которые всегда обязательно важны для составления образа творческого человека.
На снимке:
В. ЛЕБЕДЕВ. Фото 1970-х гг.
Личный «танк» бойца
Руководитель поисковой группы «Ладога» Александр Удалов передал в музей два бронещита и металлический колышек для крепления колючей проволоки на печально знаменитой линии Маннергейма.
Один бронещит был найден на берегах Тайпалеенйоки (ныне Бурная), где шли ожесточённые бои во время советско-финляндской войны, да и в период Великой Отечественной тоже. Этот щит был введён на вооружение в русской армии в 1916 году. Сейчас он занял своё место в экспозиции рядом с пулемётом максим.
Второй бронещит, уже побольше размером — образца 1938 года, а введён на вооружение во время советско-финляндской войны. Жесточайшие морозы, глубокий снежный покров создавали естественные препятствия в стремлении солдата окопаться, сделать углубление в земле, чтобы не стать отличной мишенью для врага. За таким щитом, конечно же, можно было легко укрыться, поэтому и должен был таскать его за собой солдат, закрепив на лыжи.
Как сообщал в своих воспоминаниях участник «той войны незнаменитой», а впоследствии житель нашего города Борис Клеванский, боец должен был толкать перед собой этот личный «танк» в положении лёжа. Тяжёлая неуклюжая вещица, конечно, укрывала бойца от вражеской пули, но ведь её надо было ещё дотащить до нужного места. А если прибавить к этому автомат и другие принадлежности, комплектующие полное снаряжение красноармейца, то станет понятной непопулярность этого предмета в солдатской среде.
На снимке: Бронещит образца 1938 года.
Фото Д. Полякова
70 лет начала
советско-финляндской войны
Талантливый учёный и полководец
Известно, что взломать долгие годы тщательно и продуманно готовившуюся линию обороны на Карельском перешейке стало возможным благодаря умелым действиям артиллерии.
Командующий артиллерией Красной Армии Воронов ходатайствовал перед наркомом обороны о том, чтобы на Карельский перешеек был командирован В. Грендаль, который был в то время председателем артиллерийской комиссии Государственного артуправления. Воронов знал, что против крупных железобетонных укреплений линии Маннергейма необходимо будет применить артиллерию большой мощности. А Грендаль имел большой опыт боевого использования крупнокалиберной артиллерии в Первой мировой войне.
Владимир Давыдович Грендаль (1884-1940) родился в Свеаборге в семье финского шведа. Окончил Псковский кадетский корпус, Михайловское артиллерийское училище, Михайловскую артиллерийскую академию. С 1918 года служил в Красной Армии. За боевые заслуги в Гражданской войне был удостоен высшей награды того времени ордена Красного Знамени.
В 1923 году Грендаля назначили командиром Артиллерийской академии. Подобный шаг правительства можно объяснить тем, что руководители страны хотели приблизить к армии академическую науку. Преобразования, проведённые Грендалем, надолго предопределили профиль академии и высокий уровень подготовки выпускников.
Короткая война с Финляндией выявила незаурядные способности Грендаля как крупного боевого командира. Через двадцать лет после этих событий маршал артиллерии Воронов написал небольшую книжку о Грендале. Хочется привести отрывок, ярко характеризующий этого человека:
«…30 ноября 1939 года, находясь вместе с Владимиром Давыдовичем на командном пункте, мы томительно считали оставшиеся минуты до открытия огня и перехода в наступление нашей пехоты и танков. Он был спокоен, уверен в высоких качествах советского артиллерийского вооружения, приборов, боеприпасов и выражал надежду, что наш огонь будет эффективным. Через два-три часа мы с ним шагали рядом среди войск 7-й армии, перешедшей в наступление, и видели хорошие результаты артиллерийского огня нашей дивизионной и корпусной артиллерии по объектам предполья линии Маннергейма.
Ещё при продвижении наших войск через полосу предполья на В. Грендаля неожиданно было возложено командование группой из двух стрелковых дивизий, наступавших на Кексгольмском направлении. Эта группа (так называемая «группа Грендаля») первой из всех войск 7-й армии преодолела сильно оборонявшуюся противником полосу предполья и 5 декабря 1939 года вышла к левому флангу линии Маннергейма, расположенному между озером Сувантоярви (ныне Суходольское. — Л. Д.) за широкой (180-200 метров) и ещё не замёрзшей тогда рекой Тайпалеенйоки (ныне Бурная. — Л. Д.).
Выполняя полученный боевой приказ, войска «группы Грендаля» 6 декабря 1939 года с ходу форсировали эту крупную водную переправу (за ней был передний край укрепленного района), вклинились в линию Маннергейма на глубину в пять-шесть километров и, захватив несколько дотов, создали на северном берегу реки прочный плацдарм. В процессе этого очень трудного и сложного боя (атака с ходу УР, с форсированием крупной реки) В. Д. Грендаль, опираясь на наскоро импровизированный штаб, проявил себя отличным организатором боя и волевым, твёрдым командиром. Одновременно он показал и в этом бою присущую ему исключительную храбрость, появляясь в кризисные моменты боя в самых опасных местах, отдавая необходимые приказания и воодушевляя личным примером командиров и бойцов…».
Прорвать линию Маннергейма не удалось, но энергичные действия Грендаля были замечены высшим руководством страны. Группа Грендаля была развёрнута в новую 13-ю армию, он же 26 декабря был назначен командующим этой армией. 16 января 1940 года Грендалю было присвоено звание командарма 2-го ранга, что соответствует генерал-полковнику.
За боевые заслуги в советско-финляндской войне Владимир Давыдович был награждён орденом Ленина.
2 марта 1940 года Грендаль был снят с должности командующего 13-й армией и назначен командующим артиллерией Северо-Западного фронта, на котором он и оставался вплоть до окончания боевых действий.
На снимке:
В. Грендаль.
Фото 1930-х гг.
Ведущая страницы Любовь Дмитриева,
главный хранитель музея-крепости «Корела»
17 ноября 2009 № 133 (10956)