№ 57 (12602) от 09 августа 2023 года
Донбасс: взгляд изнутри
В 2014 году неожиданно для себя я оказалась в Приозерске как сопровождающая группы детей, отправившихся в паломническую поездку. В первые дни никаких сомнений не было, что пробуду здесь недолго. Но события начали развиваться настолько стремительно, что каждый день стал менять ситуацию на прямо противоположную сторону.
Донбасс несколько столетий был русскоязычным регионом. При этом все мы отлично знали и знаем украинский язык, любили и до сих пор продолжаем любить Украину, конечно, ту, что была, и ту, которую у нас отняли. Никогда мы не делили людей по национальному признаку.
Не укладывалось в голове нарастающее сумасшествие. Нам казалось, что здравомыслящий человек в любом государстве не примет правительство, пришедшее к власти путём переворота. Никто в развитых странах не будет разрушать памятники воинам-освободителям, которые отдали свои жизни за освобождение от страшной чумы 20-го века – фашизма – не только советскую страну, но и всю Европу. В различных мировых декларациях узаконено право говорить на языке, носителем которого ты являешься с детства. Но для дончан и луганчан все существующие правила и законы отменили. Всё перевернулось с ног на голову, и считающие себя демократами европейские государства глобальные нарушения «случайно» не заметили.
Одновременно хорошо подготовленная русофобская пропаганда, готовящаяся, как выяснилось только теперь, не одно десятилетие, промывка мозгов людей из центральных и западных областей украинского государства выкинули Донбасс и всех русскоговорящих за пределы их собственной страны, построили непреодолимую границу и планомерно начали уничтожать. С нами осталась только Россия. Фразу «своих не бросаем» мы поняли ещё тогда…
Каждый житель Донбасса в этом хаосе событий, неразберихи должен был расставить приоритеты, сделать выбор. Мне, которая случайно оказалась в России, сообщили с работы, что из своей телекомпании я уволена и найти работу в СМИ мне вряд ли удастся. На тот момент собственники информационных структур были проукраинскими. Переход СМИ в собственность ДНР произошел намного позже. Были беженцы, которые теряли дома и выезжали, чтобы выжить. Вывозили по максимуму детей, чтобы они не пострадали. И всё же более половины жителей остались в Донбассе. Сейчас там, несмотря на постоянные разрушения, гибель людей, уничтожение зданий больниц, школ, магазинов, жилых домов, отсутствие постоянного водоснабжения, работают промышленные предприятия, все культурные, учебные учреждения, производятся товары, продукты питания, очень хорошо работают коммунальные службы, ведётся благоустройство. Весь город, как и раньше, украшают тысячи кустов роз.
Моя близкая подруга-соседка, преподаватель консерватории Валентина и её дочь Карина остались там. Девочка окончила школу практически с отличием, поступила на исторический факультет государственного университета. Как лучшему студенту, ей предложили после третьего курса продолжить обучение в Москве в Высшей школе экономики. Мне и моей дочери удалось встреться с ними в Санкт-Петербурге, куда они приехали на несколько дней.
Мы не говорили фразу: а помнишь, как раньше? Валентина просто и откровенно делилась своими ощущениями, переживаниями и при этом попросила не спрашивать, как жилось её дочери девять лет.
Но в первый же вечер за чаем Карину будто прорвало. Вместе со слезами накопившаяся годами боль полилась наружу. В Донецке плачут только на похоронах, а все тяготы, эмоции спрятаны глубоко внутри. Иначе не выжить. Иначе можно сойти с ума. В Северной столице её поразили отзывчивые и, как она сказала, красивые люди. На центральных улицах атмосфера праздника. Беззаботность, лёгкость, красота вокруг. Это как из прошлой жизни, которую она уже плохо помнит. После этого она задала вопрос маме: почему мы не уехали тогда? Ответить на него трудно. Причин много: престарелые родители, живущие в соседнем районе. Преданность профессии. Кто-то же должен учить детей музыке, передавать свой опыт.
Насмотревшись ужасов, потеряв близких друзей, один из которых лидер их группы на историческом факультете, красивый, душа компании, она ищет ответ на вопрос: кто виноват? Перепутан режим дня. Обстрелы обычно ночью, и спать страшно. Хотя в последнее время снаряды летят утром, днём и вечером и не только на окраины.
Когда они приехали в Москву, где тишина и мирное небо, тревога не ушла. Она буквально въелась в сознание очень хрупкой тоненькой девушки. От многолетней привычки пока не избавиться. Рассказала Карина об угрозах не только внешних, но и внутренних. Растяжки, метки ставят участники диверсионно-разведывательных групп в темное время суток, поэтому существует комендантский час. По её словам, «если не успеваешь добраться домой, то пистолет в лоб – и в подвалы. В этот момент только одна мысль – хоть бы не выстрелили». Она и её однокурсники это пережили. И опять внутри всё кричит: почему так происходит в городе, где она родилась? Почему тысячи детей, молодёжь не могут жить полноценно? Ответов нет, но эти вопросы буквально просверливают мозг.
Каждый ищет спасение по-своему. Карина его находила в литературе, произведениях классиков, увлекаясь историей культуры. В Питере она в первый же день пошла искать своих «спасителей», просидев в книжном магазине больше двух часов, а потом отправилась в музей Анны Ахматовой. Ей, как никому из сверстников, близка эта поэтесса, пережившая утраты и тягость страшного времени гонений.
И всё же Питер лечит… Это стало заметно, когда в глазах двух дончанок, где прежде отражалась застывшая душевная усталость, появились лучики восторга, а на лицах счастливые улыбки. Даже фотографии можно подписывать «до» и «после».
Боль от гибели тысяч людей, потери государства, выплеснувшего тебя из колыбели только потому, что ты находился в русскоязычном регионе и был верен подвигам предков, духовным основам, заложенным тысячу лет назад на Руси. Боль от разрушенных городов и братоубийственной брани. Она не может совсем исчезнуть.
Люди и окружающая красота природы, великолепие городов, ощущение, что ты под защитой большой страны России с понятными и созвучными для тебя ценностями, – это со временем успокаивает душу, и становится легче дышать, и можно расправить плечи
Ирина КОЛЧАК