«Такая мама мне не нужна»
19 октября 2010 № 116 (11091)
Не далее как 30 сентября с. г. в «Красной звезде» под заголовком «Такая мама мне не нужна» была опубликована статья об отказе детей от своих родителей. Один из них — пятнадцатилетний Иван, который в заявлении, поданном в районную комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав, написал: «Моя мать пьет, за мной не наблюдает. Не работает, содержать меня не может и не хочет. На хлеб зарабатываю сам, деньги, заработанные мной, она отбирает, вещи, которые мне покупают сестры, продает, сожитель мамы поднимал на меня руку. Прошу вызвать мою маму на комиссию и лишить ее родительских прав. Такая мать мне не нужна».
И вот на очередном заседании комиссии — сорокалетняя Татьяна: заносчивая, уверенная в себе женщина.
— Ваши дети ставят вопрос о лишении Вас родительских прав. Вы согласны с этим? — спрашивают члены комиссии.
— Нет!
— Почему?
— Плохой матерью себя на считаю.
— Но ведь все трое Ваших детей выросли в Коммунарском реабилитационном центре…
— Я их посещала! Кстати, и у Вани недавно была. Он обратно домой хочет.
— У нас совершенно другие сведения.
— Это старшая дочь настраивает его против меня. И вообще я с ней судиться буду, потому что она не пускает меня в квартиру.
— У Вас есть сожитель?
— Есть! — гордо произносит Татьяна. — Я ведь на свои годы не выгляжу!
(- Мне показалось, что ей за пятьдесят, — между тем заметила одна из членов комиссии).
— Что же Вы хотите?
— Жить вместе с сожителем в моей квартире.
— Но ведь квартира не только Ваша, но и детей…
— Дочка все равно ее чужим людям сдает!
— Тем не менее с детьми надо считаться. Вы слишком мало уделяли им внимания, и сейчас им приходится самостоятельно решать свою судьбу, думать о средствах к существованию, в том числе от сдачи жилья. Вот что пишет в заявлении Ваша старшая дочь: «Мама практически всегда находится в нетрезвом состоянии, нигде не работает, за ребенком не смотрит, содержать и обучать его отказывается. Заработанные деньги у него отбирает и пропивает, неоднократно вместе со своим сожителем избивала и унижала Ваню на людях. Прошу принять к ней меры и дать письменный ответ в установленный законом срок». Мы обязываем Вас трудоустроиться, в очередной раз пройти консультацию у нарколога. Предупреждаем: если не выполните эти требования и по-прежнему станете ненадлежащим образом относиться к обязанностям по содержанию и воспитанию своих несовершеннолетних детей, будем ходатайствовать перед судом о лишении Вас родительских прав. Тогда Вас выпишут из квартиры.
— Я не допущу!
— Доказывайте свои права в суде.
— Обязательно! — резко произнесла Татьяна, выходя из кабинета.
Ей на смену вошла другая женщина — мать пятнадцатилетней Юли и не менее требовательным тоном произнесла:
— Моя дочь просит забрать ее из реабилитационного центра. Она хочет домой.
Ответственный секретарь комиссии подняла документы:
— В личном заявлении девочки написано: «Прошу определить меня в Коммунарский центр по семейным обстоятельствам». В объяснении она жалуется на грубое отношение с Вашей стороны, побои со стороны старшего брата. Это не так?
— Почему-то защитой детей есть кому заниматься, а защиты материнства нет! — произнесла Марина. — Знаете, сколько нервов я вытрепала, пока ее растила! Она — инвалид детства. У меня уже никакого терпения нет! Не слушается, связалась с плохой компанией.
— Учитывая имеющиеся у нас материалы, в том числе поступившие из школы, где до реабилитационного центра обучалась Юля, мы не можем вернуть Вам дочь в целях ее же безопасности.
В характеристике из школы значится: «Отношения с матерью у Юли не складываются, между ними часто вспыхивают ссоры, иногда очень серьезные, доходящие до рукоприкладства. …С мамой беседовали психолог и соцпедагог, но внутренне она глубоко убеждена в своей правоте, и убедить ее в обратном достаточно сложно».
— А вы позвоните Юле и спросите, хочет ли она домой, — потребовала женщина и передала членам комиссии свой сотовый телефон.
— Девочка в свои 15 лет вправе принимать самостоятельные решения, — не стала отрицать ответственный секретарь. — Если она действительно изъявит желание вернуться домой, препятствовать не станем.
Юля такое желание изъявила.
— Когда я могу ее забрать? — спросила мама.
— Хоть сейчас. Но предупреждаем Вас о недопустимости повторения противоправных действий. Вашу семью ставим на учет, будем осуществлять за ней контроль и по малейшему сигналу принимать меры.
В отличии от многих, кого вызывают на комиссию, нельзя сказать, что эта женщина не любит свою дочь и не заботится о ней. Но как объяснить агрессию по отношению к обделенному здоровьем ребенку, которому как никому другому нужны материнская ласка и доброта?
Надежда МУРАШОВА
(Имена изменены)
19 октября 2010 № 116 (11091)