Валентина Воронова родилась в 1926 году в Псковской области. Их деревня раскинулась прямо по берегу Чудского озера. Отец работал в рыболовецком хозяйстве, а мать – в колхозе. Держали своё хозяйство: корову, овец и домашнюю птицу, и здесь главными помощниками родителям были их шестеро детей.
Вале исполнилось восемь лет, когда умер отец, тогда-то и закончилось её детство. Матери тяжело было одной выживать с шестью детьми, несмотря на то, что они всегда ей помогали, работали в колхозе. Валя очень любила маленьких детей и умела ухаживать за ними, поэтому ей доверяли быть няней. Хотя, казалось, что ей самой ещё нужна нянька. А когда из соседней деревни пришла женщина, чтобы найти няньку для своих детей, ей предложили Валентину.
Впервые за свои 8 лет девочка покинула родительский дом и любимую деревню. Она четко усвоила, что маме перечить нельзя: если она сказала, что надо за маленькими детками присматривать, значит – надо. Всё лето Валя сидела в няньках, очень скучала по дому и все высматривала на улице знакомых из своей деревни.
Однажды старшая сестра Зина пришла навестить ее. Валя уговаривала сестру забрать её домой, но Зина сказала: «Мама не велит».
Валя самостоятельно училась шить, особенно нравилось ей перешивать из старых вещей.
В 1939 году, когда Валентине исполнилось 13 лет, умерла мама, и девочка осталась круглой сиротой. Пришлось оставить школу и уехать с теткой в деревню Колтуши под Ленинградом. Перед войной сын тетки, двоюродный брат Вали, строил дом во Всеволожске, а она нянчила его сына.
Мирную, спокойную жизнь нарушила война. Валентина помнит, как по засеянным рожью и овсом полям угоняли скот, который топтал колосья. А она бегала туда и собирала созревшие колоски. Деревенской девчонке непривычно было видеть, как гибнет урожай, который некому было собирать. А вскоре наступили голодные дни.
Когда началась война, Валя продолжала работать нянькой у чужих людей. Вспоминает, как, получив свой паёк – 125 граммов хлеба и взяв свои небогатые припасы, решила сходить к родственникам во Всеволожск. Нужно было пройти три километра. Но ходить пешком для Валентины – дело привычное. Однако в этот раз испытала ужас, когда увидела вдоль дороги страшную картину – повсюду лежали мертвые. Вся в слезах побежала обратно, а навстречу ей шел мужчина, он и спросил: «Детка, кто тебя так обидел?». Валентина рассказала, что увидела мертвецов.
– Миленькая, ты мертвых не бойся. Сейчас надо живых бояться, – сказал мужчина.
Войдя в недостроенный дом своего брата, Валя увидела лежащих на полу женщину и мальчика. Пролетела мысль: «Умерли». Но когда подошла поближе, поняла, что Полина и Славик ещё живы, но опухли и обессилили от голода так, что не могли ни разговаривать, ни шевелиться.
Валентина быстро затопила печь, вскипятила водичку и развела в ней повидло из корочек апельсинов, которое принесла с собой вместе с кусочком хлеба и колосками ржи и ячменя. Всё это богатство она сохранила на черный день, и вот он наступил. Валентина с трудом дотащила Полину до кровати и, разрезав ножом валенки, сняла их с опухших ног женщины.
Невыносимо ей было слышать, как маленький мальчик просит: «Ещё хлебушка», а кусочек надо было растянуть хотя бы еще на день.
Сидя на стуле, Валентина задремала, и вдруг сквозь сон слышит голос Полины: «Коля умер, а у него все карточки на хлеб».
В июне 1942 года Валентину взяли на оборонные работы. Она копала окопы, делала траншеи и дзоты. Успевала выполнять свою норму и помогать другим. Как-то надорвалась, её подлечили, и она опять – впереди всех. Не покладая рук, не думая о своем здоровье, вместе с другими подростками рыла окопы, валила лес, вытаскивая бревна на себе. Затем по лесам и болотам они прокладывали дорогу на Ладогу. Позже трудились на Синявинских болотах. Непосильную работу выполняли дети – им приходилось очищать леса от воинских стоянок, вытаскивать брошенные снаряды. Как они остались живы? Ведь несмышленые подростки даже не подозревали, что неразорвавшаяся граната, любой военный снаряд, патроны, которые они бросали в костер, могут убить их.
Безрукий бригадир Василий Николаевич не всегда мог увидеть и предотвратить детские проказы и частенько отправлял мальчишек на гауптвахту. Однажды туда чуть не попала Валентина. Работали в подсобном хозяйстве на заготовке сена. Девчонка первой выполнила свою норму, скосив всю траву на выделенном участке. Женщины попросили её надергать редиски на обед. Она быстро сбегала на подсобные грядки, а потом стала помогать женщинам укладывать стога. Забравшись наверх, распевала частушки и не заметила, как к ним подошел бригадир и строгим голосом приказал: «Валька, слезай со стога!», а потом добавил: «Сейчас пойдешь на гауптвахту, ишь распелась и чужой редисочки отведать захотела!». Валя расстроилась, но женщины за неё заступились.
По вечерам Валентина ходила на репетиции хора и струнного оркестра, научилась играть на контрабасе. С концертами выступала перед ранеными.
Валентине Ефимовне не забыть той радости, которую они испытали, когда получили известие о прорыве блокады. В этот день был лютый мороз, но радость переполняла людские сердца, и холода они не чувствовали. Потом их вызвали в штаб, военный поблагодарил подростков и женщин за стойкость и мужество. Посмотрел на худых и голодных подростков, вытер слезу и сказал: «Дети, постарайтесь найти документы, чтобы остаться здесь. Иначе вас могут отправить в настоящую «мясорубку». На тот момент Валентине шел восемнадцатый год, а у неё на иждивении была маленькая сестрёнка. Поэтому она осталась во Всеволожске и устроилась в промкомбинат ученицей сапожника. Через два месяца Валентина плела сандалии как квалифицированный мастер. Так до 1949 года трудилась в сапожной мастерской, пока не встретила свою судьбу.
Супруг увез её сначала в Мюллюпельто, а потом в Приозерск. Вместе с мужем 30 лет отработала в промкомбинате. В её трудовой книжке большое количество благодарностей, а на груди – медали. Среди них самая дорогая медаль «За оборону Ленинграда». Ещё в 1942 году она была представлена к награде, но только в 1990 году медаль нашла героиню.
Татьяна Волкова
21 июня 2011 № 68 (11190)