Спустя 9 месяцев после выхода в свет статьи «Выживайте как можете» хочу, чтобы «Красная звезда» опубликовала еще одно мое письмо. А суть вот в чем.
14 марта 2010 года наш четырехквартирный дом № 4-а на улице Выборгской подожгли. Та зима, как и нынешняя, была снежная… Когда тушили дом, вся вода от таявшего снега текла в квартиры. Пострадали потолки, полы, стены, электропроводка и мебель.
Мы везде ходили: и в управляющую компанию (где нам и сказали: «Выживайте как можете»), и в администрацию города, так как был сезон осадков, а крыши над головой не было.
12 апреля у нас сожгли второй дом на улице Садовой, который мы купили в сентябре 2009 года за 2 млн. рублей сыну в надежде как-то улучшить свои условия проживания.
Когда второй дом сожгли, представьте, в каком мы были состоянии: понесли огромные материальные затраты, и квартира, в которой проживаем, разрушена. Глаза ни на что не смотрели, да и до сих пор нет ни сна, ни покоя в душе. Кто сжег наши дома? Мы, да и соседи — все считаем, что и сейчас существует угроза нашим жизням.
Я обращалась по поводу получения благоустроенной квартиры и к губернатору Ленинградской области, и к Президенту России, но отовсюду получала ответ с одним и тем же текстом в исполнении С. Денисова — работника городской администрации — за подписью главы администрации О. Ромадова. А писала я, считая, что, простояв в очереди 30 лет и ютясь с семьей из пяти человек в двух проходных комнатах площадью 12,5 и 10 кв. метров, нам не откажут при такой чрезвычайной ситуации. Но высокое начальство посчитало иначе, просто сняв нас с очереди. 30 лет мы исправно носили справки — платные и бесплатные, и вот на старости лет нас, больных, лишили надежды пожить по-человечески.
После пожара в нашем доме в конце апреля крышу общей площадью всех квартир 130 кв. метров начали ремонтировать. Оказали помощь руководители ОАО «ДОЗ» и ЗАО «Дело», предприниматель С. Хапов. Я от всех жильцов нашего дома благодарю этих руководителей и желаю их предприятиям успехов и процветания.
Когда в апреле 2010 года в «Красной звезде» была опубликована моя статья, О. Ромадов ответил, что нам будет оказана материальная помощь в размере 15 тыс. рублей. Кроме того, моей маме — блокаднице, инвалиду второй группы, перенесшей тяжелую операцию на позвоночнике, обещали отремонтировать квартиру. Спешно нас просили открыть лицевые счета в банке. Мало того, нам были высланы почтой решения об оказании материальной помощи. А на деле денег не дали, старушке, которой 84 года, никакого ремонта не сделали, объяснив, что все деньги (500 тыс. рублей) ушли на ремонт крыши. Уж не из золота ли она у нас?
Мы проживаем почти в лесу. Нет уличного освещения, телефонов, дороги не чистят. Зимой, чтобы выйти из дома, надо довольно долго чистить снег.
Я не понимаю, за что берут деньги касательно найма и содержания жилья? За какой бы помощью ни обратились в управляющую компанию, ответ один: наймите. Сломался автомат в щитке счетчика — наймите, надо почистить дорогу к дому — сделают, когда весной снег сам растает.
Прошу объяснить мне: если муниципальную неприватизированную квартиру мы должны были после пожара ремонтировать сами, как и делать абсолютно все, за что тогда с меня берут ежемесячно 255 рублей? При этом живем очень далеко от «цивилизации»: чтобы купить таблетки, сходить в баню, поликлинику, надо пройти 3 километра. Это и здоровому человеку тяжело, не говоря о людях, не оправившихся после инсульта, инвалидах второй группы и перенесших стрессы… От всего этого тяжело и физически, и морально.
По телевизору показывают, что людям, пострадавших от пожаров и стихийных бедствий, строят целые благоустроенные поселки. Дома оборудованы всей техникой, Интернетом. Неужели это правда? Даже не верится.
И еще я считаю, что если человек стоит у власти, нужно помогать другим, а не мстить и не добивать, пользуясь данной властью. Ведь причиной для снятия нас с очереди послужило якобы то, что в 2009 году мама подарила по документам мне квартиру (она проживает в этом же доме). Но мама как жила, так и живет в своей квартире, почти полностью себя обслуживает, общается с подругами, и ни о какой доле в ее квартире я не мечтаю. Квартиру эту ей и моему умершему отцу предоставил не муниципалитет, а ДРСУ — за многолетний добросовестный труд. И вообще, существуют ли сроки, по которым государство должно было предоставить нашей семье квартиру? Я думаю, что 30 лет — это уже перебор!
Г. Петрова,
г. Приозерск
P. S. При устном общении автор письма сообщила редакции, что по данному вопросу намерена обратиться в городскую прокуратуру.
18 января 2011 № 4 (11126)