Некоторые владельцы автомашин из небольших населённых пунктов считают, что если работники госавтоинспекции у них – редкие гости, местные власти не чинят препятствий, то можно себе кое-что и позволить. За этим "кое-что" стоит принятая стопка-другая перед тем, как на личном автомобиле куда-либо скататься. Если это обошлось без последствий один раз, другой, то человек выпивает чаще, выпивает больше и смелее садится за руль.
В декабрьский понедельник сорокалетнему трактористу Валерию Иванову не работалось, потому что душа томилась, тело страдало в муках глубокого похмельного синдрома. Нет, конечно, на племзаводе, где он трудился, этот мученик вчерашнего пьяного загула что-то куда-то перевозил-перемещал, но делал это без настроения и вдохновения. К обеденному перерыву муки душевные и физические достигли своего апогея, и Денисов понял, что без остограммирования он пропадёт.
Дома жадно высосал чудом сохранившиеся в бутылке остатки водки, но это не поправило положения. Решил сходить к Геннадию Хитяеву, с которым вчера так славно попировали. Выходить на работу после обеда Денисов уже не собирался, он поставил перед собой другие задачи.
Когда после настойчивого звонка дверь квартиры открыл Геннадий, Валерий понял, что он пришёл вовремя: хозяин был навеселе, а на столе в окружении закусок стояла только что начатая бутыль водки ёмкостью 0,7 литра. Геннадий радушно усадил за стол дружка и налил до краешков две пузатых стопки.
– За поправу здоровья, – чуть ли не в унисон произнесли приятели и опрокинули наполненные посудины, на закусь употребили солёные огурчики. От стопки первой до второй перерывчик был, естественно, небольшой…
Долго ли коротко ли длилось это застолье, с тостами, разговорами, перекурами, но финал наступил, когда от спиртного осталась только стеклянная тара. Гена с Валерой прилично опьянели, ибо свежая водочка легла на вчерашние дрожжи. А вскоре сотрапезники-собутыльники засобирались в гости к друзьям в соседний посёлок. Чья это была инициатива, оба уже и забыли, но повидаться с друзьями очень уж хотелось.
– Поедем на моей "девятке", – решил проблему транспорта Валерий Иванов.
Хитяев было вякнул:
– Так ты в приличном подпитии, Валерка. А словят?
– Не боись, – самоуверенно успокоил его пьяный Валерий. – Три года на своей машине во всяком состоянии езжу и ни разу не попался. Ты часто тут гаишников видишь? Прорвёмся!
После этих переговоров приятели уселись в "девятку" и покатили в гости. Проезжая мимо магазина, увидели обретавшегося в неустойчивом равновесии их общего знакомого Мишаню Орлова. При виде подъехавших дружков тот поднял в приветственном жесте руку и слабо пошевелил ею. Валера тормознул, переглянулся с Геной:
– Возьмём?
– Возьмём.
В ответ на приглашение Мишаня без возражений залез в машину, плюхнулся на заднее сиденье и расслабился. Валера вдавил акселератор в полик. По улицам посёлка "девятка" полетела со скоростью километров под восемьдесят-девяносто. Дорогу хмельной Валера держал плохо – машина то уходила вправо, то её тянуло к левой обочине. Водителя это нисколько не смущало, он продолжал давить на педаль газа.
От такой безбашенной езды пьяные пассажиры между тем затревожились:
– Валерка, куда гонишь, блин? Сбрось газ!
– Братан, убьёшь ты нас. Не лихачь!
Но Денисову, похоже, эти нервные выкрики только добавляли куража. И так, не сбавляя скорости, он вошёл в поворот на выезде из посёлка. И лучше бы он этого не делал! На мокром асфальте машину занесло, пьяный Валера выкрутил руль, чтобы вывести машину из опасной ситуации, но ничего не получилось. "Девятка" правым передним колесом выехала на заснеженную обочину, по которой кто-то шёл.
Первым это увидел на глазах трезвеющий Геннадий, он заорал:
– Валерка, тормози – впереди пешеход!
Но пьяный водитель на всё реагировал тупо, да и вряд ли что-то уже можно было сделать. И страшное случилось. Железный снаряд под названием автомобиль со всей своей смертельной силой ударил беззащитное человеческое тело. Раздался страшный звук сминающегося металла, треск разбивающегося лобового стекла… машина пролетела ещё какое-то расстояние и, заглохшая, остановилась.
Ошарашенные приятели некоторое время посидели в оцепенении, потом полезли из машины. То, что предстало их глазам, говорило о самом худшем, что может произойти: на обочине лежало неподвижное тело женщины. Геннадий с Мишаней подошли, наклонились, присмотрелись, Геннадий потрогал и громко произнёс:
– У неё пульса нет.
Стоявший у машины Иванов с истеричной нотой в голосе начал кричать:
– Зачем вы туда пошли? Нечего было ходить.
Когда потрясённые приятели подошли к Иванову, тот прыгнул в машину, рванул с места, прокричав:
– Молчите, никому об этом не говорите, а я поехал прятать автомобиль.
Несколько протрезвевшие от пережитого Гена с Мишаней пожали плечами – хоть сколько прячь машину, но следы-то от столкновения на ней не скроешь: правое переднее крыло и капот помяты, разбиты фара и лобовое стекло. На месте преступления остались дворник-стеклоочиститель, осколок пластика от зеркала заднего вида. Да и они молчать не будут. И приятели с места дорожно-транспортного происшествия позвонили в "скорую помощь", в госавтоинспекцию.
А что же наш струсивший перед предстоящим возмездием за убийство Валерий Иванов? Он пригнал свою помятую машину к гаражам в посёлке, где и бросил. Сам укрылся у знакомых. Искать его долго не пришлось.
Понятно горе жены Валерия Иванова, которая в случае осуждения мужа на определённый срок остаётся одна поднимать двоих малолетних детей. Детям тоже потом горько будет сознавать, что их отец судим за убийство. Надо понять и безмерное горе детей, родных и близких погибшей женщины. Преступление не должно оставаться без наказания.
На суде гражданину Валерию Борисовичу Иванову было предъявлено обвинение как лицу, управлявшему транспортным средством, находившемуся в состоянии опьянения, нарушившему правила дорожного движения или эксплуатации транспортных средств, что повлекло по неосторожности смерть человека. Такое деяние, как известно, наказывается лишением свободы на срок до семи лет с лишением права управлять транспортным средством на срок до трех лет.
После вынесения приговора осуждённый гражданин Денисов схватился за голову. Теперь у него есть время заново осмыслить произошедшее, понять, что явилось первопричиной хода всех дальнейших событий.
А ведь всё начиналось с рюмки-другой перед тем, как сесть за руль и, упиваясь своей безнаказанностью, колесить по улицам и дорогам в приятном для него опьянении. Всё это, к сожалению, вылилось в большую беду.
Михаил Лисюк
(Имена и фамилии изменены)