Недавно я побывала в гостях у семьи Михаила Георгиевича и Раисы Айвазовны Тулачек. Мы долго беседовали за ароматным чаем с беляшами. К слову, Михаил Георгиевич вспомнил эпизод из своей жизни. В 1989 году, когда многие финны хотели посетить Приозерск, к ним обратились с просьбой принять у себя гостей. Он отказался, но потом согласился с женой, и финнов они приняли.
Когда стали знакомиться, Михаил Георгиевич рассказал о себе, да не всё. Раиса Айвазовна потихоньку спросила, почему он про концлагерь не рассказал. Слово "концлагерь" гости поняли и без перевода, смутились. Свою историю Михаил Георгиевич поведал гостям через переводчика, а рассказать было о чём: маленькому Мише было чуть больше трёх лет, когда его вместе с мамой и бабушкой финны вывезли в концентрационный лагерь недалеко от Петрозаводска. Там они находились с октября 1941 по июль 1944 года. Постоянно голодные ребятишки, среди которых был и Миша, собирали лебеду и крапиву, росшие между заграждениями из колючей проволоки. Часовые били их прутьями, и хотя было очень больно, дети не выпускали траву из рук. Они помнили, что их мамы, вернувшись в лагерь с работы, будут готовить еду из собранной ими зелени.
Еще их всех мучил постоянный страх. Отец, Георгий Александрович, участвовал в войне с Финляндией 1939-1940 гг., а в годы войны сражался на Карельском перешейке. На маму кто-то донёс, что она член ВКП(б), её несколько раз водили на допрос. Семья жила под угрозой расстрела. Но Клавдия Михайловна смогла не только отвести подозрения, но и сохранить свой партийный билет.
Мужчины-гости были в том возрасте, что вполне могли участвовать в событиях той войны. В замешательстве все молчали. Потом Михаил Георгиевич сказал: "Это было в прошлом. Сейчас нужно жить в мире и чтобы наши дети не враждовали".
Финны приезжали ещё не один раз, а когда встречали у себя в Финляндии, были предельно внимательны и всё подкладывали Михаилу Георгиевичу куски получше, словно извиняясь за его искалеченное детство.
Решив рассказать эту историю в газете "Красная звезда", я попросила Раису Айвазовну подсказать имена и фамилии их гостей. На листке, который она мне передала, было написано: "Наши финские друзья Хууска Карло и Лайла, Сапиля Майя, муж умер".
Хорошо звучит — друзья.
В. Яренкова