У войны не женское лицо, но многие женщины воевали на фронтах Великой Отечественной войны, защищая свой родной кров, свою Родину. К таким относится и Кира Владимировна Мельникова.
Родилась она в семье военнослужащего в городе Горький, ныне Нижний Новгород. В 1934 году ее отца переводят в Москву, где он продолжает службу в Наркомате обороны, в Главном артиллерийском управлении РККА в звании полковника. Жили в военном городке. После окончания средней школы Кира поступила в Московский медицинский институт. Учебу в институте прервала война.
22 июня 1941 года навсегда осталось в ее памяти. Первокурсники застыли в оцепенении, когда слушали по радио выступление Молотова и его слова о героизме пограничников, принявших на себя первый удар фашистских захватчиков. Кира помнит помрачневшие лица парней, их стремление немедленно идти защищать Родину до последней капли крови.
— О продолжении учебы мы уже не могли и думать, чуть ли не всем курсом направились в военкомат, — вспоминает Мельникова. – Меня военком принял последней.
— Сколько тебе лет?
— 19.
— Иди-ка, доченька, домой, война – дело не девичье. Он прикрыл ладонью глаза, давая понять, что разговор окончен.
Выйдя во двор, Кира увидела своих однокурсников, которые о чем-то оживленно беседовали. Оказывается, ее подруги узнали о том, что в Москве с 1 июля открыли курсы подготовки медсестер при обществе Красного Креста, с последующей отправкой на фронт. Девушка, чуть ли не бегом, отправилась по указанному адресу и поступила на эти курсы. После их окончания ее направляют санинструктором на Западный фронт под Смоленск – в 222 медсанбат 28-ой дивизии. До Смоленска Кира и три ее подруги так и не доехали. Город уже был захвачен немцами. Наши войска, неся большие потери, отступали, а окруженные с боями пробивались на Восток. Противник превосходил их по количеству сил и средств, а также в качестве вооружения. Весь путь отхода находился под сильным артиллерийским и минометным обстрелом, в воздухе полностью господствовала вражеская авиация. Кире и ее подруге выдали винтовки с ржавыми затворами, которые с трудом удавалось открывать, чтобы дослать патрон в патронник.
Медицинским сестрам приходилось работать дни и ночи, спасая жизни раненых бойцов. Солдаты поражались выносливости и мужеству Киры. А у нее самой постоянно сжималось сердце от жалости и боли, в горле стоял комок, хотелось плакать, и она плакала, отвернувшись от очередного раненого. В такие минуты упрямо прикусывала губу и шептала: «Сейчас, миленький, потерпи, голубчик». А руки работают быстро, уверенно, бинтуют без остановки. За образцовое выполнение приказов командования и проявленное при этом мужество Кира Мельникова, вынесшая с поля боя сотни раненых бойцов и командиров, была награждена орденом Красной Звезды. По тем временам это было большой редкостью.
Противник сумел прорвать оборону войск на Московском направлении и стал выходить на ближайшие подступы к столице. Наши соединения потеряли связь со своими штабами и друг с другом. В этой неразберихе Кира выходила из окружения самостоятельно, пока не встретилась на Минском шоссе с отступающими зенитчиками 304-го отдельного десантно-артиллерийского дивизиона. Они не сразу приняли ее в свои ряды. Только убедившись в том, что она для них подходит, предложили быть медсестрой. Своих медиков они потеряли убитыми. С зенитчиками Кира дошла до Наро-Фоминска. К этому времени в дивизионе почти никого не осталось. Потери были огромные.
С подругой Леной Романовой Кира добралась до начальника санитарной армии. Девушки настойчиво стали уговаривать его направить их в пехотную часть. Вначале он отказывал, но тут прибыла их сибирская дивизия. Ее стали укомплектовывать и их зачислили медсестрами в 75-ый стрелковый полк 26-й стрелковой дивизии 11-ой армии. В этой армии Кира Мельникова воевала до конца своей военной службы. Саму армию перебрасывали с одного фронта на другой – туда, где нужнее. За мужество и доблесть дивизия была удостоена наименования гвардейской. Более миллиона защитников столицы награждены медалью «За оборону Москвы», среди них и Мельникова.
Во время наступления наших войск под Москвой санитарную роту, где служила Кира, выдвигали как можно ближе к передовой. Помощь оказывалась не только самим пехотинцам, но и раненым из других дивизий и даже немцам. Некоторые из них благодарили: «Руссиш швестер гуд, а Гитлер – капут!». Но были такие, кто срывал с себя повязки и кричал, что Москва взята.
— Сколько же раненых прошло через ваши руки? – спрашиваю я у Киры Владимировны.
— Трудно сказать. Разве мы их тогда считали. Наверное, не одна сотня.
Бывали и курьезные случаи. Наш полк был в наступлении. Мы развернули медпункт по приему раненых. И тут налетели фашистские бомбардировщики. Несмотря на то, что были вывешены белые полотнища с красными крестами, они начали бомбить. Одно звено улетает, следом прилетает другое. Дома загорелись. Мы стали выносить раненых, и в то же время они стали получать по второму и третьему ранению. Когда к вечеру все утихло, слышим, из старого пулеметного окопа кто-то кричит. А окоп этот был полуразрушенным, вход засыпан землей и залит водой. Когда солдаты разобрали вход, то вытащили оттуда старшего лейтенанта роты связи Колю Нищейтюка, по самое горло мокрого и дрожащего. Такой смех всех разобрал. Спрашиваем его: как же он смог туда забраться? А он отвечает, что его взрывной волной забросило. Вот что от страха можно сделать, даже в пулеметную амбразуру проскользнуть.
Летом 1943 года 11-ая армия принимала участие в контрнаступлении советских войск севернее города Орел. Есть и ее вклад в том, что на Орловско-Курской дуге был сломлен хребет бронетанковых войск гитлеровской Германии. В журнале боевых действий армии значится запись: «Особенно хорошо действовали санинструкторы 26-и с.д». Кира Владимировна за участие в этих боях была награждена медалью «За боевые заслуги».
Затем был разгром фашистских войск в Белоруссии, прорыв под Витебском, форсирование Западной Двины. Кира Мельникова спасала раненых, выносила их сквозь ограждения колючей проволоки. Иногда ей приходилось их привязывать к деревьям, чтобы не утонули в болоте, обессиленных от потери крови. В одном из боев и сама Кира получила ранение в голову и грудь, была контужена, наглоталась болотной жижи. Ослабевшую, с тяжелейшим двусторонним воспалением легких, девушку доставили в госпиталь. Под Витебском для нее война закончилась. День Победы она отмечала в Москве в кругу своей семьи.
В мирное время Кира Владимировна встретила любимого человека, вышла за него замуж. В 1946 году по набору они вместе с мужем переехали в Приозерский район. Работала сначала стрелком охраны в бухте Владимирской, а затем в совхозе «Первомайский» учетчиком, была няней в детских яслях, контролером-кассиром в сберкассе. Вырастила сына, который работает водителем молоковоза в ЗАО «ПЗ «Первомайское», и дочь Марию. Та трудится в физико-терапевтическом кабинете врачебной амбулатории поселка Плодовое.
У нее три внука и два правнука, которые гордятся своей бабушкой. Кира Владимировна всегда занимала активную жизненную позицию, и сегодня она часто выступает перед молодежью, учит ее любить и защищать свою страну также как это делали люди ее героического поколения.
Б. КУЛЕШОВ
22 июня 2006