Ивана Михайловича Постникова знаю давно. В Приозерском районе он много лет проработал в системе мелиорации. Очень грамотный специалист и принципиальный человек. Будучи главным инженером-гидротехником районного управления сельского хозяйства, внес значительный вклад в контроль за строительством и эксплуатацией мелиоративных объектов.
Сегодня это уже пожилой человек, который, как и многие люди того поколения, борется с жизненными невзгодами и болячками. На долю таких, как Иван Михайлович, выпали тяжелые испытания – война, голод, разруха, изнурительный труд, но они выстояли и достойно прожили свою жизнь.
Родом Иван Михайлович из Калининской, ныне Тверской области, и корни у него деревенские. С малолетства приучали его трудиться на земле.
– Бывало, бежим со школы домой, — вспоминает свое детство ветеран, — а бригадир уже встречает: «Ребятки, помочь надо». А ребяткам даже интересно. Дома тоже хозяйство было – 40 соток земли, за счет него и выживали.
Учился Иван хорошо. Учеба давалась ему легко, видимо, это от отца перешло, тот еще в царское время считался грамотным, а в советское работал на почте. Как он писал! Буковка к буковке.
Когда началась война, Ваня уже был в шестом классе. Мужчин из деревни всех призвали в армию, кроме трех – старого, глухого да туберкулезного. Все держалось на плечах женщин и подростков. В 1944 году пришла повестка и ему. Это был последний военный призыв. Так как железнодорожной станции в районном центре Молоково не было, призывников на подводах повезли за 35 км в г. Красный холм. Всю ночь громыхали по дороге. Объединенную из двух районов команду погрузили в товарные вагоны и отправили в Калинин. Война уже уходила на Запад, поэтому часть новобранцев оставили в тылу. Отобрали самых грамотных для работы на номерном стекольном заводе. Они считались мобилизованными. Иван тоже попал в эту команду.
Работали стеклодувами – выдували колбы различного размера и другие стеклянные изделия. Работа была изнурительная, доведенная до автоматизма. За 6 часов необходимо было выдуть 1200 годных изделий. Выдерживали не более получаса, после чего выпивали по литру воды. Когда заканчивалась смена, рубаха была как панцирь, настолько сильно пропитана солью. Кормили один раз в день, в обед. Остальное должны были добывать сами на заработанные деньги. Отпускали также домой за продуктами. А чего привезешь? Разве что сушеной картошки да толченых сухарей…
Дисциплина была по законам военного времени. Опоздал на 5 минут — тебя уже взяли «на карандаш». И зарплату уменьшили. И так до трех раз. После чего судили — и человек «гремел под фанфары». Его с попутным эшелоном увозили в лагерь.
Закончилась война, но мобилизованных не отпускали, так как никто из бывших работников завода с фронта не вернулся. Многие тогда ушли только через суд. Иван смог уйти лишь в 1946 году, и то — когда съездил к прокурору и сказал, что собирается учиться в сельскохозяйственном техникуме.
В техникуме было два отделения – агрономическое и гидромелиоративное. Большинство пошли на агрономическое. Директор техникума, побеседовав с Иваном и некоторыми другими абитуриентами, стал уговаривать их поступать на отделение гидромелиорации.
– Запомните, — сказал он, — дело это очень перспективное и об этом не пожалеете.
И действительно, никогда потом Иван Михайлович не жалел, что приобрел такую специальность. Он полюбил ее всей душой.
Техникум окончил с красным дипломом. Многие уехали в Калининградскую область, там мелиорация была хорошо развита, а ему предложили продолжить учебу в институте. Но Иван отказался. Тогда предоставили право выбирать. Заинтересовало одно предложение. Из министерства здравоохранения Узбекистана поступила заявка на 4 человек.
— Мы предполагали, с чем это связано, — рассказывает Иван Михайлович. – Там бушевала малярия. Однако про Ташкент слышали, что город хлебный и в нем много фруктов, поэтому согласились.
В Ташкенте «прокантовались» около месяца, занимались съемками, а затем нас отправили в Бухару. Бухара, как в фильме про Нассреддина, — глинобитные стены из местного материала, множество ям от вырытой глины, которые являлись базой для малярийных комаров. Наша роль заключалась в ликвидации этих застойных очагов. Кроме того, по всему Узбекистану были сделаны сторожевые курганы. Через них когда-то передавались сигналы. При строительстве таких курганов образовались котлованы, заполненные водой. Их необходимо было осушить. Делали коллекторы, а от ям – отводные канавы.
10 лет проработал Иван Постников в Узбекистане. Здесь нашел свою любовь, и у него образовалась семья. Жена Мария Савельевна, она в войну была эвакуирована из Белоруссии, закончила Бухарское педагогическое училище, а затем заочно и институт, работала учителем русского языка и литературы. Сам Иван Михайлович тоже получил высшее образование в Ташкентском институте инженеров ирригации и механизации сельского хозяйства, после чего работал в разных местах и на разных должностях. Главной проблемой было отсутствие жилья, поэтому вернулся туда, где находилась семья – в Бухарскую область. Здесь руководил проектной группой при межрайонном управлении оросительных систем, внедряя новые системы орошения.
В Узбекистане уже проявились в его характере такие черты, как принципиальность и настойчивость. Только один штрих. В этот период в стране шло грандиозное строительство. Воздвигался целый каскад гидроузлов на Волге, строилась Мингачаурская гидростанция в Азербайджане. Посмотреть на это было очень интересно и полезно. Местные власти разрешения на поездку не давали. Тогда группа специалистов, и среди них Постников, написали письмо Председателю Совета Министров СССР Г. Маленкову. После его вмешательства поездка состоялась.
И все же в 1961 году Постниковы вернулись на родину. Во-первых, так и не смогли акклиматизироваться. А кроме того, стало тесно на работе. Узбеки уже сумели подготовить собственные кадры. Но воспоминания о данном периоде жизни, и особенно о народе, остались самые добрые.
По приезде в Россию Иван Михайлович устроился на работу в Карельский опорный пункт при Северо-Западном научно-исследовательским институте гидротехники и мелиорации старшим научным сотрудником. После перестройки институт ликвидировали, а еще раньше и опорный пункт. Поэтому в 1965 году поступил на работу в управление сельского хозяйства Приозерского района на должность главного инженера-гидротехника, где и проработал до выхода на пенсию. Хотя за этот период было много разных реорганизаций.
В районе проводился очень большой объем мелиоративного строительства, большинство сельскохозяйственных угодий было уже промелиорировано, поэтому встал вопрос об уходе за существующими мелиоративными системами. Пытались создать отряды в каждом хозяйстве. Иван Михайлович считал, что это неправильно, так как у совхозов нет специальной техники. Его мнение было услышано. В результате в районе появилась специальная мелиоративная ПМК, занимающаяся ремонтом и эксплуатацией мелиорации, – Ромашкинская. Свою положительную роль она сыграла.
Шеф Ивана Михайловича в областном управлении сельского хозяйства А. Никитин относился к нему с большим уважением, прислушивался к его мнению и даже прочил на свое место, но тот не согласился. Карьеризм не в его характере. Карьеру мог бы сделать еще будучи в Узбекистане. Не хотелось дергать семью, да и время было уже не то.
В 1986 году Постников вынужден был уйти на пенсию, хотя мог бы принести еще немало пользы. Просто не сложились тогда отношения с руководителями района. Сегодня он переживает за то, что происходит с мелиорацией, которая приходит в негодность, и говорит об этом с горечью.
— Я очень сожалею о случившемся, ведь в мелиорацию было вложено огромное количество народных средств. Глядя на нынешнее ее состояние, невольно думаешь, что совершена большая ошибка, если не больше…
Нелегко сегодня живется большинству людей старшего поколения. Государство, по сути дела, бросило стариков, которые в свое время сделали все возможное, чтобы оно не исчезло с лица Земли. Позорно низкие пенсии с унизительными прибавками к ним, невозможность приобрести вовремя льготные лекарства, в том числе и жизненно необходимые, и многие другие неурядицы отбирают силы. Но главное, что осталось и на чем держится это поколение, — сила духа и неистребимая жизненная энергия. Очень велика и роль семьи. Вместе всегда было легче. У Ивана Михайловича Постникова прекрасная семья. С Марией Савельевной, о которой тоже можно очень много хорошего написать, они прожили 56 лет, воспитали хороших детей, дали им образование. Значит, жизнь прожита не зря.
Геннадий ХЕЙТКОВ
11 октября 2007 № 115 (10640)