№ 33 (12384) от 12 мая 2021 года
Краеведческая страница. Выпуск №№ 4-5 (263-264)
«Сквозь шторм и бури, через все преграды…»
К 80-летию начала Великой Отечественной войны
Строчкой этой так любимой ленинградцами песни названа выставка, которую можно увидеть в настоящее время в музее-крепости «Корела».
Кстати, ловлю себя на мысли, что сейчас мне хочется называть этот город Питером. Ну и жителей, соответственно, питерцами. Ведь придумал же кто-то это, ставшее нейтральным, название. Когда городу было возвращено его историческое имя, очень многие продолжали упорно называть его Ленинградом. В самом деле, никто ведь даже и не задумался над тем, сколько поколений выросло в этом городе, сколько чудесных чарующих песен сложено именно о Ленинграде, а уж о беспримерном подвиге ленинградцев, вынесших на своих плечах блокаду, которая так и осталась за гранью понимания многих, забыть никак невозможно.
Хотя название Питер и не придуманное вовсе, ведь вначале город назывался Санкт-Питер-Бурх — Город Святого Петра. Слово-то иностранное, но стало каким-то близким, как впрочем, и все прижившиеся в языке иноземные словечки.
А вот Ленинград очень красивое название, какое-то строго классическое русское.
Но вернёмся к нашей выставке. Посвящена она конкретно Ладожской военной флотилии, интересному войсковому соединению, действовавшему только во время войны. Причём она существовала в периоды советско-финляндской и Великой Отечественной войн, в 1939-1940 и 1941-1944 годах соответственно.
Базировалась флотилия в Ладожском озере и прилегающих водных путях. В самом начале Великой Отечественной войны её корабли помогали эвакуировать попавших в окружение бойцов погранвойск, которые держали оборону приграничных территорий.
С момента начала блокады Ленинграда основной задачей Ладожской флотилии стало снабжение города и эвакуация гражданского населения. Базу флотилии перенесли в Новую Ладогу.
В районе Осиновецкого маяка началось оборудование портовых сооружений для погрузки и разгрузки судов. К 29 октября 1941 года корабли флотилии проложили по дну Ладожского озера 43 км бронированного многоканального кабеля. Это был «кабель жизни», на долгое время ставший единственным каналом проводной связи блокированного Ленинграда с внешним миром.
Отцы родные командиры
Боевые действия на воде значительно отличаются от сухопутных, хотя моряки такие же люди. Но велик человек, многое он может постичь и морскую науку в том числе.
Командир на корабле должен быть безупречен, ведь корабль сравним с отдельным государством, особенно когда он один в открытом водном пространстве. Как важно чувствовать рядом дружеское плечо и поддержку. Экипаж корабля должен действовать как единый механизм.
С августа 1941 года Ладожской военной флотилией командовал Борис Хорошхин (1892-1942) — советский военачальник, кавалер двух орденов Красного Знамени РСФСР, контр-адмирал Военно-морского флота СССР.
Борис Владимирович неоднократно отличался в боях, вывозил из окружения противника бойцов и командиров, транспорт, артиллерию. 16 сентября 1941 года Хорошхину было присвоено звание контр-адмирала. В октябре 1941 года Хорошхин был отозван в распоряжение Военного совета Волжской военной флотилии, затем с июня 1942 года был командиром бригады траления, с июля — заместителем командующего флотилией.
Сохранились воспоминания об этом человеке. Летом сорок второго Борис Владимирович прибыл на борт бронекатера. Был он выше среднего роста, плотного телосложения, с открытым лицом и проседью в волосах. Простотой в обращении и умением по-деловому разговаривать он сразу же расположил к себе весь экипаж катера. Контр-адмирал Хорошхин всегда находился на самых ответственных и опасных для плавания судов участках Волги.
1 августа 1942 года на Волге в районе Никольского образовалась пробка из речных судов. Там же была создана переправа через Волгу большого количества скота, эвакуированного из временно оккупированных южных районов страны. Фашисты бомбили переправу и сбрасывали мины в Волгу. На этот ответственный участок реки командованием Волжской флотилии был послан на бронекатере № 22 контр-адмирал Б. В. Хорошхин. Не дойдя до Никольской переправы, у Бабаевского переката бронекатер подорвался на вражеской мине. Над Волгой поднялся гигантский столб воды. Шедший за ними в кильватер бронекатер № 21 никого на поверхности воды не обнаружил. Так погибли контр-адмирал Хорошхин и экипаж Б-22.
Б. В. Хорошхин. 1942 г.
Спаситель ленинградцев
В октябре 1941 года командующим Ладожской флотилией был назначен капитан 1-го ранга Виктор Чероков (1907-1995), впоследствии вице-адмирал. Его называли спасителем ленинградцев. В 2009 году безымянному проезду, идущему от Финского залива до Петергофского шоссе в Красносельском районе Петербурга, было присвоено имя адмирала Черокова. Это одна из самых протяжённых улиц в жилом районе Балтийская жемчужина.
Город находился в блокаде и основной целью флотилии стал подвоз продуктов, боеприпасов и топлива в блокадный Ленинград, а также эвакуация жителей. В январе 1944 года Черокову было присвоено звание контр-адмирала, а через полгода он был награждён орденом Ушакова II степени.
Виктор Сергеевич командовал флотилией до ноября 1944 года, когда она была расформирована.
В. С. Чероков. 1960-е гг.
Его называли «Летучим голландцем»
Николай Юрьевич Озаровский (1895-1950) — капитан 1-го ранга, с июля по ноябрь 1941 года командовал канонерской лодкой «Бурея», а с ноября сорок первого по август сорок третьего — дивизионом канонерских лодок Ладожской военной флотилии.
Так называемая Дорога жизни действовала только тогда, когда устанавливался прочный лёд. А вот всё остальное время года — сквозь осенние штормы и льды 1941 года, через весенние бури и ледоход 1942 и 1943 годов — Дорогой жизни служила та же, но не ледовая, а водная трасса. Муки и снарядов на баржах, буксирах и канонерских лодках было перевезено в сумме больше, чем мог перевезти автотранспорт. Защищали эту коммуникацию канонерки во главе с «Буреёй», часто из боевых кораблей превращаясь в плавучие лазареты или грузовые транспорты, и всё это в боях с неприятелем.
За одну только летнюю навигацию 1942 года на базы и порты Ладожского озера, такие как Осиновец, Морье, Кобона, противником было сброшено 6400 бомб.
Два ордена Ленина и три ордена Красного Знамени — вот как высоко была оценена только с 1941 года боевая деятельность Николая Озаровского, патриота нашей Родины, романтика моря, прозванного на флоте «Летучим голландцем».
Н. Ю. Озаровский. 1944 г.
Обычный труженик моря
Михаил Павлович Рупышев (1913-?) — капитан 2 ранга начинал службу на судах морского торгового флота. В Великую Отечественную войну он уже был военным моряком, командиром 6-го дивизиона тральщиков Ладожской военной флотилии. В начальный период войны минной опасности на Ладоге не существовало. Ведь тральщик — это корабль специального назначения, задачей которого является поиск, обнаружение и уничтожение морских мин и проводка судов через минные заграждения. Главным видом боевой деятельности кораблей дивизиона были воинские перевозки. Этот тяжёлый труд характеризовался беспредельным мужеством, отвагой и героизмом личного состава.
Северной группе тральщиков Ладожской военной флотилии была поставлена задача: не допустить переправы противника через пролив возле Сортавалы, дав возможность усиленно вести оборону и отход частей 168-й стрелковой дивизии.
На 22 июня 1941 года 168-я стрелковая дивизия дислоцировалась северо-западнее Сортавалы. С 4 июля вела бои с наступавшими финскими частями, продвигавшимися довольно быстро: один-два километра в день. К 7 августа дивизия была отрезана от других частей, была прижата к бухте, занимая по фронту всего два километра. 16 августа Военный совет Северного фронта отдал боевое распоряжение — срочно приступить к эвакуации дивизии.
Под непрерывным огнём и бомбардировкой с самолётов Михаил Рупышев проявил исключительное мужество, находчивость и распорядительность, благодаря чему удалось избежать занятия противником приозёрных островов, что лишило неприятеля возможности полностью окружить 168-ю стрелковую дивизию. Под жесточайшим артиллерийским и миномётным огнём принял участие в эвакуации её частей. Неоднократно Рупышев лично возглавлял группы разведки и заслона на острова, был примером мужества и отваги для личного состава подчинённых ему кораблей, чем немало способствовал успешному выполнению поставленных перед ним задач.
21 августа 1941 года части дивизии полностью собрались на острове Валаам, было эвакуировано около одиннадцати тысяч человек, гужевой транспорт, много боевой техники. Через пять дней дивизия отбыла в Шлиссельбург.
В 1975 году на Валааме был открыт памятник морякам Ладожской военной флотилии. Он представляет собой монумент из гранитных блоков, на его лицевой стороне закреплён якорь весом 450 килограммов. Автором проекта стал сортавальский архитектор В. В. Еловков.
М. П. Рупышев. 1060-е гг.
На берегу родной Ладоги, слева направо — Каргин, Салагин, Рупышев. 1978 г.
Тактик и стратег
Яков Тихонович Салагин (1908-1981) — доктор военно-морских наук, педагог, профессор, специалист в области тактики ВМФ, капитан 1 ранга, участник Великой Отечественной войны, защитник Ленинграда. С первых дней войны занимал должность руководителя штаба Ладожской военной флотилии. В 1942 году получил тяжёлое ранение и, поправившись, продолжил службу в Главном морском штабе, занимаясь научной деятельностью в области изучения боевого опыта.
С 1945 года начал преподавать на кафедре общей тактики морских сил и противолодочной обороны. В 1962 году получил докторскую степень, защитив диссертацию на тему «Современные морские десантные операции». В 1968 году был отправлен в отставку. Продолжил работу в Центральной военно-морской библиотеке. За время научной деятельности написал более 60 трудов.
Я. К. Салагин. 1960-е гг.
«Флагман ледовой трассы»
Михаил Александрович Нефёдов (1899-1943) — советский военачальник, капитан 1-го ранга, начальник военно-автомобильной дороги № 101 — Дороги жизни.
В ноябре 1941 года Военным советом Ленинградского фронта было принято решение о строительстве ледовой дороги через Ладожское озеро. Саму ледовую дорогу строил 37-й отдельный дорожно-эксплуатационный батальон, он же содержал её и обеспечивал непрерывное движение транспорта по ней. Начальником ледовой дороги был назначен капитан 2-го ранга Михаил Нефёдов.
Все порядки на трассе Нефёдов установил морские. Он был полным хозяином трассы. Его машина носилась по ней днём и ночью. В самые критические моменты, в самых опасных местах из машины на лёд выходил невысокий, на редкость подвижный человек. Мгновенно принимались решения, отдавались приказы, и снова в путь.
Михаил Александрович был мужественным и очень смелым человеком. Рискуя жизнью, он садился за руль вместо погибших от ран и голода шофёров. Одна из блокадниц вспоминала, как во время эвакуации по Дороге жизни началась бомбёжка и водителя убило. Машина стала неуправляемой, могла попасть в полынью и утонуть. Их спас офицер в очках, вскочив в кабину, он заменил погибшего водителя и вырулил в безопасное место. Скорее всего, это был М. Нефёдов.
Капитан 1-го ранга Нефёдов погиб в мае 1943-го на боевом посту и с почестями был похоронен на Никольском кладбище Александро-Невской лавры в Петербурге, где покоятся прославленные адмиралы Балтийского флота.
М. А. Нефёдов. 1942 г.
Траурный митинг у могилы Нефёдова. 1978 г.
Героическая оборона
Героизма во время войны было много, опасность выявляет склонности человека к отваге и самопожертвованию. Вспомним об одном эпизоде из истории Великой Отечественной войны.
В юго-восточной части Ладожского озера есть искусственный насыпной остров с необычным названием — Сухо. Расположен он в 20 километрах от южного берега Ладоги, имеет форму неправильной подковы, размеры — 90 на 60 метров.
О том, как возник этот островок, легенда гласит следующее: однажды царь Пётр I шёл на своём яле в Волховскую губу и сел на мель. Скорый на принятие решений государь велел сделать остров на отмели, которую случайно обнаружил. Все проходившие по этому пути суда должны были оставлять камни на новом острове, который назвали Сухо, потому что Пётр воскликнул, оказавшись на мели: «Тут же сухо!».
Первый маяк был построен здесь в 1825-1826 годах. В 1891 году заработал новый каменный маяк с обновлённым внешним ряжевым ограждением и бухтой. В настоящее время маяк функционирует исправно.
Во время Великой Отечественной войны этот островок стал важным опорным пунктом. Он был расположен на пути движения советских конвоев, контролировал значительный район южной части Ладожского озера и прикрывал подходы к Волховской губе и Новой Ладоге, где располагалась главная база Ладожской флотилии.
Весной 1942 года немцы начали подготовку операции «Бразиль» на Ладоге. В её задачи входили внезапная высадка десанта на остров Сухо для его захвата, уничтожение гарнизона острова и установление контроля над передвижением по Ладоге и советским тылом. В Лахденпохье была создана немецкая морская база. Из итальянского порта Специя прибыл 12-й отряд торпедных катеров. По железной дороге через Финляндию были переброшены в разобранном виде самоходно-десантные баржи типа «Зибель».
В сентябре 1942 года на острове были установлены трёхорудийная 100-миллиметровая батарея противокатерной обороны и три пулемёта. Гарнизон Сухо насчитывал 70 человек. Командовал гарнизоном старший лейтенант Иван Константинович Гусев.
В ночь на 22 октября 1942 года немецкая флотилия под прикрытием финских и итальянских катеров вышла из Лахденпохьи. Это был отряд, состоявший из 16 барж, оснащённых в общей сложности 21-й пушкой 88-го калибра, 9-ю пушками 37-миллиметрового калибра и 135-ю 20-миллиметровыми зенитными орудиями «Эрликон». С учётом участия в ней ещё семи десантных катеров всего в операции «Бразиль» участвовало 23 вражеских судна. Кроме того, поддерживать действия судов и десанта должны были 15 самолётов.
Вражескую флотилию обнаружили около семи часов утра, когда она находилась в пяти с половиной километрах от острова Сухо.
Сильный шквалистый ветер, снег и крутая волна мешали защитникам Сухо определить точный состав сил противника. Через пять минут после обнаружения вражеской флотилии сопровождавшие её самолёты открыли огонь по острову. За считаные минуты самолёты противника при поддержке корабельной артиллерии разрушили антенну, лишив гарнизон связи с командованием, и здание маяка, где находился командный пункт батареи. Неприятель вёл огонь из 88-миллиметровых орудий и автоматических «Эрликонов». Вскоре после начала боя на острове были разбиты все пулемётные гнёзда, появились убитые и раненые, начался пожар. Наша батарея отвечала, и были отмечены попадания в десантные баржи, боты и катера. Усилив огонь, десантные баржи постепенно приближались к острову.
В 7 часов 48 минут одна десантная баржа села на южный риф острова Сухо и с дистанции 900 метров была расстреляна огнём батареи. В 8 часов 8 минут противник высадил на остров десант в количестве 80 человек, больше им высадить не удалось из-за противодействия наших воинов. Гарнизон отражал высадку ружейным огнём, и часть вражеских ботов с десантом под воздействием огня с острова повернула обратно.
Так как подступы к острову с озера ещё не были минированы, не имелось проволочных заграждений и вообще никаких инженерных сооружений, препятствовавших высадке, противнику удалось преодолеть огневое сопротивление гарнизона и высадить на берег десант в составе 50-70 человек. В 8 часов 20 минут десант противника окружил на острове дворики орудий № 2 и 3 с находившимся в них личным составом, и там завязался рукопашный бой. Орудие № 1 и группа бойцов батареи, сигнально-наблюдательного поста и манипуляторного пункта, находившаяся в разрушенном здании маяка и в маячной башне, продолжали вести меткий огонь, оказывая сопротивление продвижению противника.
Старший лейтенант Гусев с первого момента боя правильно и умело руководил боевой работой своих подчинённых. Огнём батареи утоплено три и подбито три десантных судна противника и уничтожено до 20 немцев, высадившихся на остров под прикрытием мощного артиллерийского и пулемётного огня со всех своих судов.
Гусев лично был на самых ответственных и опасных постах и, несмотря на серьёзное ранение, до последней минуты боя командовал батареей и лично из автомата истребил до пяти вражеских воинов.
В результате борьбы личного состава батареи под руководством Гусева десант противника был сброшен в озеро и с помощью подошедших кораблей флотилии и авиации был разгромлен.
Отважный комендант острова старший лейтенант Гусев, несмотря на четыре ранения, продолжал руководить боем, и только пятое вывело его из строя. Он был отправлен в госпиталь. О героическом поведении командира рассказали журналистам его бойцы. За мужество, проявленное в бою, Иван Константинович был награждён орденом Ленина.
И. К. Гусев. 1942 г.
«Морской охотник» и «тральщик»
По счастливой случайности неподалёку от острова Сухо находились два корабля Ладожской флотилии: сторожевой катер «МО-171» — командир старший лейтенант В. И. Ковалевский и тральщик «ТЩ-100» — командир старший лейтенант Пётр Константинович Каргин. Эти корабли мужественно вступили в бой с превосходящим по численности и калибру противником, а главное — в прямом эфире передали сообщение о нападении противника на остров Сухо.
Находясь в дозоре, Каргин обнаружил соединение катеров и десантных барж, двигавшихся к острову Сухо. Каргин немедленно донёс об этом в штаб Ладожской военной флотилии и вступил в бой с 23-мя кораблями противника. В течение боя тральщик почти непрерывно вёл стрельбу по десантным судам врага, маневрируя на небольшом удалении от них. За это время артиллеристы тральщика выпустили не менее 800 снарядов. После такой интенсивной стрельбы на другой день пришлось сменить стволы орудий, которые от перегрева пришли в полную негодность.
Участник многих боевых операций и боёв Пётр Константинович Каргин всегда выходил из боя с победой.
Примерно в 9 часов по вражеским десантным судам нанесла удар наша авиация, а спустя 20 минут противник был полностью выбит с острова, часть десанта была эвакуирована, часть окружена и блокирована на острове. Немцы грузились на «Зибели» и уходили, огрызаясь огнём. Их преследовали несколько часов. Бой закончился.
П. К. Каргин. 1944 г.
Открытие памятника морякам Ладожской военной флотилии на Валааме. 1975 г.
Ведущая страницы Любовь Дмитриева, главный хранитель фондов музея-крепости «Корела»
Фото предоставлены автором