Я видел слезы Бориса Брунова
17 июля 2007 № 78 (10603)
В СССР, а потом в России, Бориса Сергеевича Брунова называли «конферансье № 1» и гением общения. Первый конферансье, выступивший на дрейфующей ледовой станции «Северный Полюс» и удостоенный за это звания «Почетный полярник», первым из артистов вышедший на первый концерт в Кремлевском дворце съездов — еще одном символе эпохи… И вот исполнилось 85 лет со дня его рождения.
Уже десять лет Бориса Брунова нет с нами. 9 июня телекомпания «Россия» посвятила ему передачу «Конферансье на все времена», а на следующий день «Культура» также отметила юбилей передачей, которая называлась «Его величество — конферансье».
Люди старшего поколения хорошо знали и любили великого артиста, его остроумные шутки передавались из уст в уста. И мне в 1997 году посчастливилось лично познакомиться с Борисом Сергеевичем на международном фестивале сатиры и юмора «Золотой Остап», который проходил в Санкт-Петербурге. Ему тогда было 75 лет.
Пригласительный билет нужно было взять у одного из организаторов фестиваля в гостинице «Санкт-Петербург», где я увидел всех знаменитостей, работавших в жанре сатиры и юмора.
Узнал, что ведущими фестиваля будут Александр Ширвиндт и Михаил Державин.
Виктор Беллевич хотя и был президентом, но он занимался только организационными вопросами, а Ширвиндт возглавлял так называемую «Академию дураков», куда входили покойный Роллан Быков, а также Михаил Жванецкий, Аркадий Инин и многие другие.
Кстати, между Ширвиндтом и Быковым дело чуть до драки не доходило. Каждый считал, что он — главный «дурак». Роллану Быкову пришлось уступить. Благодаря тому, что в «академию» входили в основном москвичи, лауреатами «Золотого Остапа» стали именно они.
В вестибюле гостиницы я увидел за небольшим столиком Александра Ширвиндта и Михаила Державина, которые читали какой-то текст и что-то в нем отмечали. Это, скорее всего, был сценарий фестиваля, и они, как ведущие, работали над ним.
Рядом с ними стоял Борис Сергеевич Брунов и что-то им говорил, а они, не поднимая голов, ему отвечали. Мне показалось, что разговор был не из легких, так как всегда видел Бориса Брунова на экране телевизора очень веселым и улыбчивым, а здесь лицо у него было очень серьезным.
Приближалось время открытия фестиваля. Я взглянул в пригласительный билет и прочитал «Партер. 3 ряд». Это почти у самой сцены. Стал пробираться к своему месту, оно оказалось рядом с Борисом Бруновым и его женой Машей. Я поздоровался с ними. Борис Сергеевич протянул мне руку и представил:
— Это моя жена.
— Мне очень приятно видеть вас, — ответил я.
А когда начался фестиваль и на сцену вышли Александр Ширвиндт и Михаил Державин, я сказал Борису Сергеевичу:
— Вам место на сцене подходит больше, чем всем остальным.
Великий конферансье хотел что-то ответить, но не смог. Махнул рукой, и в это время жена подала ему платочек, которым он вытер скупые непрошеные слезы.
Перед тем, как покинуть БКЗ «Октябрьский», я подошел к Виктору Беллевичу, поблагодарил его за пригласительный и спросил:
— Виктор Всеволодович, а почему Борис Брунов до сих пор не является лауреатом фестиваля «Золотой Остап»? Тем более, что ему в этом году исполнилось 75 лет…
Он немного подумал и сказал:
— У нас очень много юбиляров в этом году.
— Но Борис Брунов — один! — заметил я.
…Вскоре Бориса Сергеевича не стало. Я лишний раз убедился в том, что не умеем мы ценить людей при жизни, а когда они от нас уходят, понимаем, кого потеряли.
Аркадий БЛОХ
17 июля 2007 № 78 (10603)