Диалог с читателем
3 декабря 2009 № 140 (10963)
Даёшь «хрущёвки»!
До чего же стремительно меняются времена и нравы! Еще недавно ярые сторонники перестройки потешались насчет бытовавших в Советском Союзе «хрущевок» и выступали за достойный звания человека метраж. Теперь снова на телевидении и в печати идет речь о «хрущевках». Потому что за двадцать лет не то что возвести хоромы — элементарных маломерок молодым семьям настроить не смогли.
Элита, конечно, хоромами обзавелась, имея многоэтажные особняки с бассейнами и отдельными комнатами для собак. Простой же люд в лучшем случае снимает квартиры или же ютится по два-три поколения в одной квартире. Как мечтает он хотя бы о той маломерной «хрущевке», которая и в шестидесятые-семидесятые годы считалась непрестижным жильем, а уж в девяностые, когда все дружно посмотрели на Запад, вовсе была стерта в порошок.
Не зря говорят: «Новое — хорошо забытое старое». А ведь и правда «хрущевки» на данном этапе могли бы сослужить хорошую службу.
П. Мокроус, г. Приозерск
Словом можно спасти, словом можно убить…
Здравствуйте, уважаемая редакция газеты «Красная звезда»!
Прочитал я статью «Куда идет наша приозерская медицина?», автор которой В. Лившиц. Целиком согласен с автором этой статьи, а от себя хотелось бы добавить, что в остальных областях медицины дела обстоят ничуть не лучше.
Совсем недавно, 23 сентября 2009 года, у меня не стало матери Храмовой Галины Михайловны. У меня имеется целая стопка ее обследований, ее медкарточка. Я бы тоже хотел рассказать, как «лечили» мою маму. В 2005 году у нее обнаружили рак левой почки. Вернувшись из Кузьмоловской больницы после удаления почки, она отправилась к онкологу нашей ЦРБ. Спросила онколога: «Что мне теперь можно есть, а что нельзя?».
Ответ врача прозвучал примерно так: все, что хотите, у вас же 4-я стадия.
При последующих посещениях врача (фамилии не знаю, но знаю, что это мужчина), мама спрашивала, чем ей лечиться теперь?
Ответ был примерно аналогичным: всем, чем хотите. все, что можно, мы вам уже сделали.
И это называется врач. Такие ответы могла дать любая из соседок по парадной.
С 2000 года мама являлась инвалидом второй группы, ксерокопию справки прилагаю. Неоднократно обращалась и к невропатологу. Отсидев очередь (при этом и номерок-то надо умудриться «достать»), она слышала примерно такие же ответы: не знаю, чем вас лечить, ведь у вас такая куча заболеваний.
После чего выписывала ей феназепам, еще какие-то БАДы. Но БАДы ей обычно назначали в устной форме или писали на листочек, а в карточке их почему-то не указывали, или отправляли маму к терапевту. Когда же мама просила госпитализировать её (в связи с бессонницей и плохим самочувствием), то в ответ слышала всякие отговорки, типа — а вы знаете, в больницах с медикаментозным обеспечением нынче плоховато.
В результате всего вышеизложенного 23 сентября 2009 года, вернувшись с работы утром (я сутки дежурю, трое выходных), я обнаружил мать в ванной комнате. Она совершила самоубийство, изрезалась моими лезвиями для бритья.
Конечно, маму не вернешь, но хотелось бы, чтобы подобные «врачи» не работали в нашей ЦРБ. Лично я, наслушавшись историй от соседей по парадной и от моей покойной мамы, предпочитаю лечиться в Питере по месту работы (в заводской санчасти или в областной больнице на пр. Луначарского).
С уважением, С. Храмов,
г. Приозерск
Иностранцы прыгают через лужи
Прочла заметку «А чем центральные улицы лучше?». А ничем! Писали как-то, что к Дню города плитка будет выложена по всему центру. Прошёл тот День города, за ним второй, в этом году — третий, а в самом центре города у «Кулинарии», отдела вневедомственной охраны и почты не то что плитки, там уже половины асфальта нет, ямы сплошные и земля вместо асфальта. И это лицо нашего города, напротив центральной площади.
А тротуар у гостиницы «Корела» и кофейни «Лока» хоть и заасфальтирован, но он ниже дорожного покрытия, и в дождливую погоду у входа в гостиницу и кофейню — необъятные лужи. Приходится выходить на дорогу, чтобы пройти это место. Хожу на работу каждый день и вижу, как туристы из Финляндии прыгают через лужи с сумками, что-то говоря на своём языке. Предполагаю, что они не в восторге от этих прыжков с вещами.
С уважением, Татьяна Анатольевна
Аншлаг у МРЭО
Небывалый ажиотаж творится в последнее время среди водителей, которым в этом году необходимо заменить водительские удостоверения на новые. Несмотря на то, что в межрайонном регистрационно-экзаменационном отделении это можно сделать в течение года, а то и в январе 2010, автовладельцы почему-то решили все разом обратиться в МРЭО именно под конец года. Так, например, в прошлую среду специалисты регистрационно-экзаменационного отделения приняли 86 человек. Похожая картина была и вчера: стоянка у МРЭО забита автомобилями (на снимке), внутри здания — не протолкнуться.
В один миг рухнула вся жизнь…
Уважаемая газета! Помогите!
Дело в том, что вот уже шесть лет, как сгорел наш дом на ул. Цветкова, в 3-комнатной квартире мы жили втроем — дочь, внук и я. После пожара нам предоставили койко-место в общежитии. Туда я категорически отказалась идти, под старость лет койка в общежитии, да ещё с больными ногами — мне тяжело подниматься по лестнице. Я нашла рядом с магазином № 3 комнату в старом ветхом доме, знакомые помогли вставить окна и двери, так и жила, пока не случился ещё один пожар в моей жизни. Из-за пьющих соседей я снова оказалась на улице. Последним моим пристанищем стала времянка и погреба, которые остались у первого моего сгоревшего дома, сараи наши сгорели, а погреба остались. Каждый день хожу туда и лью слёзы, вспоминаю трёх подруг-соседок, погибших в этом пожаре. Вместе с пожаром рухнула вся моя жизнь, а сколько пришлось пережить унижений, одному богу известно. Только в июне 2009 года нам с внуком выделили жильё — комнату 14 кв. метров в коммунальной квартире на ул. Ленина в доме № 8. Осенью, как только пошли дожди, вода потекла в квартиру. Еще в январе прежние жильцы обращались в управляющую компанию с просьбой отремонтировать кровлю, но пролетело лето — так и не сделали. Со своими больными ногами по лестнице я с трудом поднималась в администрацию городского поселения, ведь комната, которую нам выдали, относится к муниципальному жилью и является собственностью городской администрации. Так вот собственники всё обещали комиссию прислать и отремонтировать кровлю, но время быстро пролетело. Ни комиссии, ни ремонта кровли мы не дождались. Видно, «далеко до нас добираться», а потом собственники жилья сказали, что поздно ремонтировать крышу. В третий раз мне предложили попросить родственника, мол, пусть заберется на крышу и чем-нибудь прикроет эту дыру. Вот такое жильё у нас предоставляют погорельцам и детям-сиротам. вместо нашей сгоревшей 3-комнатной квартиры мы получили 14 квадратных метров.
М. Калугина, г. Приозерск,
ул. Ленина, д. № 8
TxtRedaction>От редакции: Письмо М. Калугиной редакция направила в администрацию МО Приозерское городское поселение, через месяц получили ответ: «Ремонт кровли по данному адресу выполнен силами управляющей компании МП ПГУК.
TxtRedaction>К письму приложен акт выполненных работ, который подтверждает, что 13 ноября 2009 года на доме № 8 на ул. Ленина произведены работы по замене двух листов шифера.
Не надо в небе журавля, дайте синицу в руки!
Нет, правда — зачем нам памятник журавлю? Ведь по проекту совсем непонятно, что он — часть городского герба. Да еще на такой устрашающей глыбе. Тут одно из двух: или же красивый, изящный фонтан, или памятник в честь 300-летия освобождения города от шведских захватчиков: действительно монументальный и содержательный. Причем людям, а не птице. Хотя бы Петру I, как предлагает ветеран труда и военной службы Б. Кулешов. Или какой-то другой, но с российской символикой и чтобы обязательно гармонично вписывался в общий окружающий вид.
А что получается: в центре города — такой прекрасный сквер, возведенный руками не одного поколения приозерцев, где отдыхает стар и млад. А памятник мрачный!
И потом. На возведение такого объемного сооружения замахиваются, а о цивилизованном благоустройстве центрального сквера — ни слова. Ведь если середина сквера и дальше будет иметь такой же неухоженный вид, как сейчас, памятник не поможет. На огромной территории с (увы!) неровными краями — одна произвольно растущая трава. Ни цветочка хотя бы местами, ни малой архитектурной формы. Памятник такого устрашающего проекта, по-моему, только усугубит неухоженность центральной части сквера.
И еще. В одном из номеров «Красной звезды» (где-то в начале этого года) я читал мнение молодых мам и пап о том, что в сквере хорошо бы построить какие-нибудь сооружения для маленьких детей, которых здесь каждый день собирается масса, особенно по выходным. Считаю, это был бы лучший памятник для приозерцев, в семьях которых за последнее время появилось много маленьких детей. Что они делают в сквере? Гоняют мяч или пытаются подковырнуть лопаткой утрамбованную ногами землю.
Так что не надо в небе журавля — лучше синицу в руки!
М. Ягодин, молодой дедушка,
г. Приозерск
«ТСЖ не исключили»
Как жаль, что Правительство РФ не утвердило предложение Законодательного собрания Ленобласти об исключении из федерального закона условия, при котором для получения муниципальным образованием федеральных средств из фонда на капитальный ремонт и переселение граждан из аварийного жилья нужно в многоквартирных домах создавать ТСЖ. Об этом я прочитала в информации «Красной звезды» за 1 декабря.
Прямо замкнутый круг получается: чтобы делать в домах капремонт, нужно создавать ТСЖ, а создавать их в требующем капитального ремонта фонде — утопия.
Может быть, и другие регионы подадут в Правительство РФ подобные предложения, и тогда закон все же пересмотрят. Пока же остается соглашаться и ждать.
Т. Ванина, пенсионерка
3 декабря 2009 № 140 (10963)