Улицу Бумажников в Приозерске найдешь не сразу. Маленькие деревянные домишки теряются в окружении многоэтажек, а теперь уже и выстроенного недавно магазина «Пятерочка». Кто бы подумал, что именно здесь, возле приземистого одноэтажного деревянного домика, больше похожего на сарай, можно увидеть небольшой клочок земли, весь утопающий в зелени и цветах. Да таких, которые мало где растут в наших краях даже на самой плодоносной земле.
Здесь живет и ухаживает за всем этим зеленым Клондайком пенсионерка с русскими именем и отчеством Анна Павловна и украинской фамилией Косик. В тесном общении ее зовут просто Галка.
На вид обычная женщина, не любящая выделяться среди других. А пообщаешься с ней, посмотришь на ее творения собственными глазами, кажется — словно у английской королевы на приеме побывал: столько уносишь с собой впечатлений.
Клочок земли возле половины дома — не более полутора соток. Девять лет назад, когда Анна Павловна с мужем поселились здесь, у дома, в котором разбитые окна были склеены пластилином (пьяница жила), были одни камни да шлак. Через год муж умер, и начала она (то ли от тоски и желания хоть как-то украсить жизнь, то ли от чего еще) возить на тележке землю с бывших картофельных полос аэродрома. Кусты смородины, тонкие прутики сливы, яблонька из семечка, дикий виноград, клубника… Таковы были первые посадки. Теперь же по шесть ведер одной только сливы снимает. Плюс зелень к столу, которой за год вырастает не один урожай. Но больше всего здесь цветов.
Каких только нет! Одни, появившиеся прямо из-под снега, отцветают — распускаются другие, и так до нового снега. Тюльпаны, клематисы, гипсофилы, пионы, флоксы, анютины глазки, благоухающие медовым ароматом лилии… Но самые любимые ею — розы различных расцветок и сортов. Улыбается:
— И в доме — на покрывале, скатерти, тюле — одни розы!
Самая впечатляющая — вся во вьющихся растениях — плетеная арка при входе в дом. Слушая, как я восхищаюсь, смеется:
— Это что! Прошлым летом вся арка в огромных шапках роз была: на стебле по шесть-семь штук. Финны приезжали фотографировать.
— Как же розы до такой высоты добирались?
— Они вьющиеся. В нынешнем году потому их нет, что решила эксперимент провести: на зиму ничем не укрыла (говорили, зима теплой будет), они и померзли. Но отходят, вон уже несколько штук зацвело. Осенью корни укрою, а на следующий год приходите — увидите красоту!
— Наверное, много ухода требуется, чтобы все это вырастить? — спрашиваю.
— Да нет, не очень. Навоз только один раз заказывала: привезли одни опилки, и больше не стала. Замачиваю в бочках траву, неделю постоит — поливаю.
— Где же Вы ее находите? На участке — ни травинки…
— За домом, возле сарая. А то и просто сухие листья с растений обрываю и замачиваю в воде. Суп, борщ какой останется — все в бочку! Если раствор слишком крепкий — разбавляю водой.
Самое удивительное, что воды в доме у Анны Павловны нет. Для приготовления еды она берет ее у соседей, для полива растений собирает в емкости дождевую. Да и солнце на участок заглядывает лишь с раннего утра да поздним вечером: его загораживает четырехэтажный дом № 70-а на улице Ленина, что стоит напротив. А вот ведь — растут!
Откуда у Анны Павловны такая страсть к цветам?
— У каждого свое хобби. Не пьянкой же заниматься или сплетнями, как это делают многие. Можно ногти накрасить и ходить, но не моя это жизнь. С детства люблю работать с землей. Цветы и дети — вот моя радость, я их ни на что не променяю. Но у детей (их у меня двое, пятеро внуков и двое правнуков) — своя жизнь, хотя дочкина семья здесь, в Приозерске, и видимся мы каждый день. Остаются цветы — их я любила всегда. И дома полно. Сколько сих хватит, буду ими заниматься. Люди смотрят, радуются: цветок ведь для каждого растет.
Есть и такие, кто просит:
— Цветочек дай!
Отвечаю:
— Сажаю не для того, чтобы срывать, а чтобы каждый любоваться мог.
— Тогда продай.
— Не продаю, хотя раньше иногда делала это.
Бывало, шкодили у нее на участке, двухметровый забор из сетки-рабицы ломали, вырывали тюльпаны. А в этом году соседи по дому бульдога завели.
— Как только учует кого возле — гав, гав! — смеется. — Соседи за меня заступаются. Правда, не все. Однажды был такой случай. Приехали к дому на «Волге» двое, как мне показалось, из ЖКХ. Говорят: «Трактор возьмем и все сравняем» (показывают на участок). Я им: «Попробуйте, сразу в «Красную звезду» напишу». «Тогда от поребрика на полтора метра забор перенесите!» А я: «Ну, перенесу. Крапива да грязь будут взамен, собаки гадить станут. Это лучше?». Думаю, кто-то из дома напротив позавидовал и вызвал этих людей. А чего мне завидовать? В свои 70 лет все создаю трудом.
При этом здоровьем Анна Павловна не блещет, болят ноги. Каково же было мое удивление, когда узнала, что она работает! И не где-нибудь, а в детском доме-интернате няней:
— До «Оптики» добираюсь пешком, а там — на ленинградском автобусе. Обратно — чем попало. Как хорошо, когда «Народное такси» ходило! Зима подходит — как добираться?..
Не для себя трудится она: внучке, которая учится в Пушкинском университете, всю свою скромную зарплату отдает, внуку помогает с пенсии — он заканчивает Приозерский колледж. Уточняет:
— Сегодня с суток пришла, еще не спала, а завтра снова на смену.
Но к такому ритму ей не привыкать. С десяти лет по 45 коров в колхозе на Белгородчине три раза в день доила. И все вручную. Машинная дойка появилась, когда уже замуж вышла…
— Мы в бедноте жили, так пусть хоть детям и внукам хорошо будет, — говорит.
Но особенно больно вспоминать, как покидали Казахстан, где прожили с семьей 22 года:
— Муж прапорщиком в воинской части служил на Семипалатинском полигоне. Хорошим специалистом был, здоровье Родине отдал. Я работала пекарем, потом заведующей цехом на лимонадном заводе. Лимонад делали вручную. Как только автоматизированную линию поставили, в связи с развалом Советского Союза пришлось уехать. Но если другим удалось что-то продать, мы с мужем покидали те места одними из последних, когда никому ничего уже не нужно было. Квартиры, гаражи, погреба, дачи, бани, машины (свои и детей, уехавших раньше нас) — все побросали. В Приозерске заново пришлось начинать.
Но ни на кого не в обиде она. Напротив, все доставляет ей радость. В том числе общение с людьми.
— Привет! Отдыхаешь? — кричит ей сосед из дома напротив. — А ну-ка быстро работать!
Она смеется и принимается поправлять приникшие к земле стебли роз.
— Вот это дело! А то хотел тебе прогул сегодня поставить!
Наступают сумерки, а Анна Павловна еще не собирается спать, несмотря на то, что завтра — трудный рабочий день. Бывший некогда безобразным пустырь, а теперь цветущий сад — для нее самое прекрасное место на Земле.
Надежда МУРАШОВА
1 сентября 2009 № 101 (10924)