Какое у тебя может быть настроение, если ты — молоденькая женщина, а на твоих руках — восьмилетний ребенок? Нет, не собственный, а младшая сестренка, которая, кроме тебя, не нужна никому… В том числе родной матери.
Куда же делась эта самая мать? Как значится в протоколе, предоставленном в районную комиссию по делам несовершеннолетних и защите их прав, она «ненадлежащим образом выполняет родительские обязанности: не работает, употребляет спиртные напитки, с детьми не общается, вместе с ними не проживает, учебой младшей дочери не интересуется». Школа, в которой учится восьмилетняя Вика, ходатайствует об определении девочки под опеку старшей сестре Ольге, у которой она находится на иждивении, и где ей созданы условия, необходимые для проживания и учебы. На заседание КДН вместе с 18-летней Ольгой пришла и мать — моложавая, симпатичная женщина. Не подумаешь, что речь в протоколе идет именно о ней. Но по тому, как ее сильно трясло, можно было понять: у Ирины похмельный синдром.
Как она скатилась до такого? Считает: виной всему бывший муж, который сильно пил, поднимал на нее руку, и она тоже начала выпивать. Но когда они с мужем расстались, выпивать продолжала: приверженность к спиртному оказалась слишком сильной. Ирина часто прикладывается к бутылке вместе с друзьями и теперь.
Но речь не о ней, а о детях.
— Почему Вы бросили малолетнего ребенка? — спрашивает ответственный секретарь комиссии.
— Я не бросала.
— Но ведь девочку воспитывает Ваша старшая дочь.
— Правильно.
— А раз правильно, мы лишим Вас родительских прав и передадим под опеку Ольге.
Ирину затрясло еще больше.
— Это она не с похмелья, — вмешалась в разговор Оля. — Просто сильно нервничает.
— И давно не пьет?
— С прошлой недели…
— Есть еще выход, — обратились к Ирине члены комиссии. — Кодироваться. И мы уже предлагали Вам это, но Вы отказались, как и употреблять лекарства.
— Я не постоянно пью, — с трудом произносит Ирина. — А от таблеток хожу неизвестно какая…
— Еще Вам было предписано устроиться на работу. Вы устроились. Но на третий день не вышли, а Оля сообщила, что мама опять исчезла. Так почему она с мужем должна содержать Вашего ребенка? Есть у Вас какие-нибудь варианты — с кем должна жить младшая дочь?
— С Олей.
— Раз так, путь один: пишите добровольно заявление о том, что согласны сделать ее опекуном.
Ирину затрясло не на шутку.
— Дайте ей воды, иначе судороги начнутся, — порекомендовала присутствовавшая на комиссии медицинский работник.
После приема сердечных капель Ирина немного успокоилась и стала просить оставить дочь ей.
— На учете у невропатолога состоите? — интересуются члены комиссии.
— Нет.
— Вам через нарколога в Девяткино курс лечения пройти нужно. Там не только от алкоголя излечат, но и от невралгии. Вы можете ее отвезти? — спрашивает у Ольги ответственный секретарь.
— Мы и так много грузим на девочку, — возражает одна из членов комиссии. — Оле только недавно исполнилось 18 лет, она учится в колледже, на ней — ребенок. Еще и матерью заниматься?
— Я могу отвезти, — решительно заявила Ольга.
— Если будет трудно, что-то станет не получаться, обращайтесь к нам, — говорит ответственный секретарь.
Комиссия установила срок, в течение которого Ирина должна выполнить все поставленные ей условия для того, чтобы в дальнейшем могла воспитывать младшую дочь сама, в противном случае родительских прав будет лишена. Семья поставлена на учет в комиссию по делам несовершеннолетних, контроль за ситуацией осуществляет школа, в которой учится Вика.
Всем давно известно, что женский организм очень быстро привыкает к спиртному, а избавиться от пагубной привычки женщине куда труднее, чем мужчине. Однако мало кто задумывается об этом применительно к себе. Вот и Ирина не заметила, как переступила порог между выпивкой и пьянством. Хочется верить, что ради детей она все же найдет в себе силы вырваться из хмельного плена.
Надежда МУРАШОВА
(Имена матери и дочерей изменены)
19 января 2010 № 4 (10979)