Память № 3 (138)
24 марта 2011 № 31 (11153)
Вперёд! На Восток!
715 лет тому назад, в 1296 году, в Великом Новгороде была построена надвратная церковь Воскресения Христова. Этому предшествовали следующие события.
Шведы стремились укрепиться на землях Карельского перешейка. Многочисленные набеги приносили им то успех, а то и неудачу. В 1293 году им удалось заложить Выборгский замок, ставший с тех пор шведским оплотом на этой земле. Той самой площадкой, откуда стартовали они, вгрызаясь в глубь карельских территорий. И укрытием, куда отступали, получив решительный отпор.
Многие сведения о тех временах получаем мы из шведских источников. И хотя существует в научной среде вполне справедливое мнение, что историю пишут не по былинам и сказаниям, наше сердце охотнее отзывается именно на эмоциональный рассказ.
В 14 веке неизвестным автором был создан литературный памятник, который впоследствии получил название “Хроника Эрика”, потому что главный герой этого рифмованного произведения – шведский герцог Эрик. В основу хроники положена история династии шведских верховных правителей – конунгов. Начинается повествование с середины 13 века и заканчивается 1319 годом.
В “Хронике Эрика” момент укрепления шведами Выборга описывается с восхищением. Процитируем эти строки по переводу нашего крупнейшего учёного скандинависта Елены Рыдзевской: “Пошли они (т. е. шведы.) в языческую землю и положили конец злу и великой беде; язычники слишком близко подходили к ним. Это было там главным их делом; и построили они крепость в том краю, где кончается христианская земля и начинается земля языческая. Теперь там добрый мир, больше тишины и покоя и больше людей, верующих в Бога … У русских стало, таким образом, меньше подвластной им земли”.
Отметим, что карелы были крещены в православие отцом Александра Невского, новгородским князем Ярославом Всеволодовичем ещё в 1227 году. Произошло это после совместного военного похода новгородцев и карел. Вернувшись из похода, князь “…послав, крести множество корел, мало не все люди”. Причём важно отметить, что крещение карел было основано на прочном фундаменте взаимных интересов и боевого товарищества. В этом принципиальное отличие политики двух стран. Россия всегда стремилась наладить добрососедские отношения, основанные на братской любви и взаимном сотрудничестве. А вот Швеция в данном случае стремилась подчинить соседние народы и заставить их жить по своему усмотрению.
Шведы же продолжали считать землю языческой. Любопытный момент – в упомянутой “Хронике Эрика” люди делятся на три категории: христиане – то есть шведы, язычники – то есть карелы и русские – совсем особая категория.
В русской летописи момент постройки Выборга зафиксирован кратко: “Пришедши Свея, поставиша город на Корельскои земле”. Новгородцы попытались уничтожить вновь построенную крепость, но не смогли.
Надвратная церковь
Окрылённые успехом шведы двинулись дальше. И уже в 1295 году отряд, состоявший из 200 воинов, возглавляемых воеводой Сигурдом Локке, сделал попытку укрепить город Корелу. Но тут уж новгородцы проявили твёрдость, быстро нагрянули и разрушили укрепления, о чём в Новгородской летописи говорится так: “Поставиша Свея с воеводою своим Сигом город в Кореле; новгородци же, шедши, город розгребоша, а Сига убиша, не пустиша ни мужа”. Шведский отряд был полностью уничтожен.
Автор “Хроники Эрика” был вынужден признать поражение: “Все христиане (т. е. шведы) погибли там ради Господа и святой веры. После того островом там владели русские и сильно укрепили его, и посадили там мудрых и храбрых мужей, чтобы христиане не приближались к этому месту”.
В честь этого знаменательного события на городских воротах Великого Новгорода построили каменную церковь. Так распорядился архиепископ Климент, управлявший Новгородской и Псковской епархией с 1276 по 1299 год. Было ясно, что без Божьей помощи не смогли бы добиться такого успеха. Потому и записано в Новгородской летописи: “Постави архиепископ Новгородский Климент (церковь) каменну Воскресение Христово, на градных каменных воротех, по сему завету, что Бог пособил Немец Новгородцам побить и город Корелу разграбить”.
Важность этой победы ещё и в том, что случившееся монголо-татарское нашествие в 1230-х годах прервало всякое строительство на Руси, и первым храмом, появившимся после вынужденного перерыва, была именно надвратная церковь Воскресения Христова в Новгороде.
К сожалению, церковь эта не сохранилась до наших дней, но представление о ней может дать Спасская башня Новгородского кремля, построенная годом позже, в 1297 г. (на снимке).
Как русская Корела стала шведским Кексгольмом
400 лет тому назад, 2 марта 1611 года, после полугодовой осады крепость и город Корела сданы шведам.
А начиналось всё в Москве, когда пала династия Рюриковичей и страна была ввергнута в пучину величайшей Смуты. Царь Василий Шуйский, стремясь удержаться на престоле, попросил военной помощи у шведского государства. Соседи были согласны помочь, но не безвозмездно. В феврале 1609 года в Выборге был заключён русско-шведский договор, по которому Швеция предоставляла России наёмное войско под командованием Якоба Делагарди. К договору прилагался секретный дополнительный протокол, согласно которому Швеция получала “в вечное владение” город Корелу со всем Корельским уездом. Что для сверкающей огнями Москвы далёкий Корельский уезд?
“Строптивые кексгольмцы”
Спустя полвека после этих событий известный шведский историк Юхан Видекинд (1618 или 1620-1678) написал книгу “История шведско-московитской войны XVII века”, многие страницы которой посвящены описанию военного похода, предпринятого Якобом Делагарди. Потому что старший сын этого выдающегося шведского полководца Магнус Габриэль Делагарди покровительствовал Видекинду.
Примечательно, как на решение Шуйского отреагировали жители передаваемого уезда. У Видекинда в повествовании есть небольшая главка под названием “строптивые кексгольмцы”: “Кексгольмская чернь в своём упорстве дошла уже до того, что дерзнула не только пренебречь приказаниями своих начальников, но и заключить в тюрьму послов Шуйского, настаивавших на сдаче крепости. Может быть, ей придавал духу пример новгородцев и псковичей, внушала страх склонность наших к грабежу или её лишило разума какое-нибудь иное заблуждение; как бы то ни было Шуйский ни приказаниями, ни просьбами, ни угрозами не мог справиться с кексгольмцами”.
Как видим, иностранцам всегда было трудно понять загадочных русских. К тому же шведы не без основания считали, что умелое руководство народом способствовало нарушению их скоропалительных планов к овладению вожделенными землями. Видекинд сообщал: “Когда кексгольмцы услышали от беглых шведских солдат, разорявших Нотебургскую область (Нотебург – ныне Орешек), что едут бояре для передачи крепости Карлу Олафсону, то епископ Сильвестр и жители города, собравшись, запретили им въезд, для чего подняли местных крестьян”.
Полагая, что оказание военной помощи помимо выплаты жалованья воинству может стоить целой обширной области земель, шведы обиделись на то, что русские не сдержали данного обещания. Юхан Видекинд передаёт разговор Якоба Делагарди с русским вельможей Скопиным-Шуйским. Вот что мы узнаём: “Тут при случае он показал Скопину королевское письмо от 30 сентября, где король выражал негодование, что Кексгольм всё ещё не передан по договору, хотя за посылку вспомогательных войск и обеспечение власти Шуйскому он рассчитывал на уступку великим князем, кроме того, Нотебурга (ныне – Орешек), Ивангорода и Колы (город в Мурманской области)”.
Не дождавшись добровольной сдачи города, Якоб Делагарди решил взять город силой. Но приступом Корелу тоже не удалось захватить, потому что укрепления были значительные. Детинец был окружён земляными валами, облицованными камнем ещё в конце предыдущего столетия. Да и вокруг Спасского острова тоже возвышались валы. Кругом кипели и бурлили быстрые воды Вуоксы, не замерзавшие даже зимой. Доступ к укреплённым островам затрудняли скрытые в воде рогатки и брёвна, которые плавали на цепях таким образом, чтобы к стенам крепости нельзя было подъехать на лодках.
Долгая осада
Якоб Делагарди приступил к осаде. Запертые в городе люди стойко держались, но свирепствовавшая цинга уносила сотни жизней, а также постоянные кровавые стычки с вражеским войском сильно прореживали ряды осаждённых. Наконец пришло время переговоров. Защитники крепости не согласились на предложенные им позорные условия, а решили жизни свои положить, но стоять до конца. Шведы были благоразумны и не стали упорствовать в своих притязаниях. В конце концов, практичные скандинавы решили, что “имущество горожан, в большей части истреблённое долгой осадой, не представляет большой ценности”. К тому же они опасались за судьбу своих пленных, среди которых было два знатных человека. И “договорились на том, что жителям разрешается вынести из города своё движимое имущество, а победителям отдаётся имущество умерших, тела которых они позаботятся похоронить”.
Историк Видекинд, видимо, проникнувшийся настроениями своих покровителей, с удовольствием констатировал: “После заключения соглашения и сдачи города обнаружилось, что порох уже был подложен под башни, а из 3 тысяч человек, первоначально сидевших в городе, столько убыло частью от цинги, частью в боях, что оставалось налицо каких-нибудь 100 человек; хлеба же было в изобилии. Так божественная Немезида поразила упорных в вероломстве”.
Даже здесь усмотрели шведы свою правоту и право на владение землями.
На снимке: иноземный воин на русской службе. Копейщик (с рисунка XVII века).
“Северные остроухие собаки”
Именно так называли ещё в 19 веке собак, которых можно объединить одним словом – лайка. Эти неприхотливые собаки с типичным обликом – стоячие уши, густая шерсть, средний рост – с давних пор живут рядом с человеком. Они дружелюбны, приспособлены к любой службе, особенно к охоте.
70 лет тому назад, “1 февраля 1941 года в Кякисалми прибыли на двух собачьих упряжках участники пробега Петрозаводск – Виипури (ныне – Выборг) – Петрозаводск, организованного Центральным советом Осоавиахима КФССР. Возглавляет пробег работник Центрального совета ОАХ т. Колпаков.
Из Петрозаводска участники пробега выехали 19 января. За это время ими пройдено 732 километра, преодолено 42 горных склона, в том числе считающийся непроходимым склон “Харло”. В пути провели 24 лекции и беседы на темы о служебном собаководстве, его огромном значении для обороны.
Цель пробега – испытание отечественной породы карельской “лайки” на выносливость к длительным переходам и возможность дать скорость передвижения в 8-10 километров в час, а также пропаганда служебного собаководства.
Из Кякисалми собачьи упряжки 2 февраля стартовали на Виипури (Выборг). 7 февраля, на обратном пути, они снова будут в Кякисалми”.
(Пробег на собаках // Коммунар. – 1941. – 4 февраля (№ 14). – С. 3).
Такое сообщение появилось в местной газете 70 лет тому назад. В Советском Союзе серьёзно занимались служебным собаководством. Началось это в 20-е годы ХХ века. В 1927 году было организовано Общество содействия обороне и авиационно-химическому строительству СССР – Осоавиахим, которое много сделало для развития служебного собаководства в стране. Как видно из приведённой выше заметки, именно это общество устроило упомянутый пробег.
Сложившаяся ситуация требовала применения собак в качестве тягловой силы. Поэтому Центральная школа собаководства Красной Армии проводила подобную экспериментальную работу, в рамках которой и предпринимались пробеги.
Учения обычно проходили на местности, где использование конного транспорта было невозможно из-за глубоких снегов. А вот применение ездовых собак значительно облегчало работу и придавало большую подвижность спецподразделениям. Благодаря подобным пробегам было установлено, что в качестве ездовых собак могут применяться любые породы, конечно, с разной степенью эффективности. Но лучшими ездовыми собаками являются те, которые имеют рост от 55 до 63 сантиметров в холке, при весе от 26 до 34 килограммов.
Карельские “остроушки”
Карело-финская лайка была выведена на основе карельских и олонецких промысловых собак, с применением скрещивания с финской лайкой. Причём специалисты отмечали, что формированием этих крепких, подвижных, жизнерадостных собак рыжего окраса занималась сама природа. Содержание у них было вольное, их никто не кормил, а в бесснежное время они сами добывали себе пропитание, охотясь в лесу. Жили эти собаки изолированно, к тому же у них сильно развита породная приверженность друг к другу: кинологи подметили, что из группы кобелей самка карело-финской лайки всегда выбирает рыжего кобеля одинакового с ней роста.
Ведущая страницы Любовь Дмитриева,
главный хранитель музея-крепости «Корела»
24 марта 2011 № 31 (11153)