"Мы жили при коммунизме…"
Семья Тихомировых приехала в Кексгольм с Украины в конце сорок пятого года, спасаясь от голода, свирепствовавшего по всей стране. Но на Карельском перешейке сама природа помогала человеку: лес кормил грибами, ягодами, согревал в суровые зимние дни.
А ещё тогда в реке было много рыбы, её мальчишки ловили шнурками от ботинок, иногда в качестве лески использовали конский волос, который выдёргивали из хвоста лошади. Щуку ловили на петлю. Но всё равно есть постоянно хотелось, тем более мальчишкам. Копали мёрзлую картошку, делали из неё драники. Ранней весной варили щи из крапивы.
Мама Алевтина Савельевна устроилась на биржу целлюлозного завода, на подачу брёвен. Конечно, работа тяжёлая, но тогда не было лёгких работ. Потом уже она делала бумажные цветы и венки на продажу, этим своим искусством была известна всему Приозерску.
У Алевтины Тихомировой было трое сыновей. Старший из них, Владимир, хорошо известный в городе сын полка: во время войны прибился к воинской части и так начал свою службу Отечеству. Потом он воссоединился с семьёй, приехал жить в Приозерск.
Алевтина Савельевна с двумя мальчишками на руках поселилась в Кексгольме. Юрию было девять лет, Борису — семь. Сестра Павла Савельевна работала на радиоузле целлюлозного завода. Сначала жили в девятиметровой комнатке на улице Центральной в 1-м посёлке.
Была у них белая козочка, пасти которую было поручено младшему Борису. Но как-то раз мальчик уснул, и козу увёл шедший мимо прохожий. Хорошо, что вовремя спохватились. Тётушка Павла догнала похитителя, им оказался отдыхающий санатория, и отбила у него кормилицу. Этот случай кажется странным, потому что в то время дверей даже не запирали. Уходя из дома, подпирали дверь небольшой палочкой, что свидетельствовало об отсутствии хозяев, и никому бы и в голову не пришло войти в дом.
Одевались кто во что мог. Многие носили дерматиновые ботинки на толстой деревянной подошве. В них очень хорошо было с горки кататься. Школа была в 1-м посёлке, у магазина. Писать приходилось свекольным соком на бумажных мешках. Любили кататься на плотах, они заходили в Вуоксу. Летом в школе был пионерлагерь от завода "Красный треугольник", ленинградских детей приезжало очень много.
В 1950 году Тихомировы переехали на улицу Ларионова, там до сих пор и живёт Борис Андреевич. Рядом был аэродром, где ребятня играла в футбол. А в те дни, когда прямо под открытым небом крутили фильмы, все собирались их смотреть.
Окончив школу, Борис Тихомиров, как и положено, пошёл служить в армию. Отслужив в погранвойсках, в 1962 году вернулся в родной город. Много было такого, что удивляло молодого человека. К примеру, автобусы ходили по городу через каждые пять минут, но всё равно были переполнены. В грязной одежде в салон автобуса войти было нельзя, за этим строго следили.
Вчерашний солдат поступил работать в цех контрольно-измерительных приборов и автоматики (КИПиА) целлюлозного завода.
Шла борьба с теми, кто запирал свои рабочие шкафчики. Замок этот фотографировали, увеличивали снимок и помещали его на проходной с соответствующими комментариями: "Позор! У Иванова на шкафчике замок!".
В заводской столовой готовили очень хорошо, на 90 копеек можно было наесться до отвала. Обеденный перерыв длился час двадцать минут, за это время можно было отдохнуть. Во всех цехах на столах лежали бесплатные газеты. Проводились ежедневные планёрки. Каждый работник должен был подготовить самостоятельно и выступить перед товарищами с политинформацией.
Чистота вокруг была идеальная. Во-первых, при заводе была специальная бригада коммунального хозяйства, которая следила за чистотой. Во-вторых, раз в год завод останавливался на профилактический ремонт. В течение двух недель все работники завода были заняты наведением порядка. Наблюдал за всем тогдашний директор Александр Комаров.
Потом Борис Тихомиров уехал к брату в Красноярск в поисках лучшей жизни и вернулся в Приозерск уже в восьмидесятые годы, когда всё вокруг начало сильно меняться, и город стал другим.
(Фото из семейного архива Б. Тихомирова)
Наши публикации по краеведению
В апреле 2010 года в выставочном зале "Смольный", который находится в Петербурге в доме номер три по улице Смольного, состоялась научная конференция, посвящённая 65-летию великой победы нашего народа во Второй мировой войне. Подобные семинары и конференции вот уже несколько лет устраивает кафедра исторического регионоведения, созданная на историческом факультете десять лет назад в июне 2002 года.
На кафедре был задуман проект проведения регулярных мероприятий с представителями научной общественности других городов и регионов России. Этот проект вот уже несколько лет осуществляется в цикле региональных семинаров, два из которых состоялись при поддержке комитета по культуре Ленобласти. По материалам этих семинаров издаются сборники.
В этом году вышел сборник, вобравший в себя выступления около тридцати участников апрельской конференции 2010 года. Называется эта книга так: Ленинградская область в Великой Отечественной войне: К 65-летию Победы: Материалы научной конференции 19-20 апреля 2010 г., Санкт-Петербург; выставочный зал "Смольный" / Под ред. проф. Ю. В. Кривошеева.
Кроме того что в книге много интересных материалов, связанных с неизвестными ранее страницами военной истории Ленинградской области, она может привлечь внимание приозерцев ещё и тем, что в ней опубликована статья Л. Дмитриевой, посвящённая приозерским краеведам: И. Лукьянову, Л. Потёмкину, Л. Пашкиной, А. Дмитриеву.
В заметке дан обзор просветительской деятельности этих людей, направленной на собирание сведений о Второй мировой войне. И. Лукьянов был первым директором приозерского музея, именно он начал публиковать заметки в местной газете, призывая население откликнуться и поделиться воспоминаниями, а по возможности, и реликвиями.
Научный сотрудник музея Л. Потёмкин во всём поддерживал своего директора, к тому же был человеком пишущим, и основное его творчество было посвящено именно краеведческой теме.
Учитель истории Л. Пашкина пришла в музей чуть позже, она занималась активной поисковой работой. В этом ей помогали школьники. Изыскания Л. Пашкиной нашли отражение в многочисленных публикациях.
На рубеже двух столетий с приходом А. Дмитриева началась настоящая издательская деятельность музея. Появились серьёзные исследования по краеведению в целом и по отдельным темам.
К сожалению, книга издана очень маленьким тиражом, всего 150 экземпляров, но её можно увидеть в музейной библиотеке и даже ознакомиться с её содержанием.
На снимке: обложка сборника.
Поговорим немного о деньгах
Серебряные чешуйки…
С тех пор как в стране началась перестройка, нам довелось столкнуться с денежными реформами. Прошло не так уж много времени, а мы и не помним теперь те разноцветные купюры, без наличия которых ещё лет пятнадцать назад нельзя было приблизиться к магазину.
Если обратиться к далёкой древности, то мы увидим, что перемена денежных единиц была постоянной сопровождающей человеческого общества. Сначала на Руси широко использовали иностранные монеты, постепенно начали чеканить свои. Был даже так называемый "безмонетный" период, он был связан с монголо-татарским игом, когда из страны вывозились все драгоценные металлы.
Наиболее распространённой монетой до Петра Первого была серебряная чешуйка, которая своим внешним видом сильно напоминала рыбью чешую. Выплавленный слиток серебра расковывали в тонкий прут, из которого на волочильной доске вытягивали проволоку. После этого наступал самый ответственный момент: надо было нарезать эту проволоку на кусочки одинаковой длины, их называли чурками. Вес будущих монет определялся диаметром проволоки и длиной отрезанной чурки. Перед чеканкой чурки оплющивались особым штемпелем и приобретали форму округлых и продолговатых пластинок, обычным молотком этого добиться было невозможно.
На одной стороне монеты изображался, как правило, всадник с копьём, на другой было написано, каким князем выпущена монета и каково его положение, удельный он или великий. Штампы, которыми наносили рисунок на монету, быстро изнашивались, поэтому их часто меняли, и монеты того времени не имеют стабильного рисунка.
Но главным в монете был её вес, который постоянно колебался в основном в сторону уменьшения. Считается, что полновесная чешуйка весит около одного грамма серебра. Причём более поздние монеты весили чуть ли не вдвое меньше ранних, а у тех вес был более одного грамма, но это редкие монеты. Интересно и то, что нет ни одной одинаковой среди них.
К концу правления Ивана III (1462-1505) всё русское денежное производство сосредоточилось в Москве, Твери и Новгороде. По мере централизации русской денежной чеканки в ней наблюдается резкое сокращение числа монетных типов.
Весной этого года приозерцы Александр Маслов и Дмитрий Сергеев принесли и передали в музей серебряную чешуйку (на снимке). Ребята нашли её в окрестностях города совершенно случайно. Что-то блеснуло в корнях вывороченного дерева, пригляделись — а это монетка, и даже неплохо сохранившаяся. Движимые патриотическими чувствами, ребята передали её на хранение в музейные фонды.
…и фабричные копейки
В начале 18 века великий реформатор Русского государства Пётр Первый произвёл замену денег. На смену чешуйкам пришли монеты машинной чеканки из золота, серебра и меди. Тогда же произошло укрупнение монет по стоимости и по весу.
В сущности, финансовая реформа была необходима. Ведь к тому времени заметно расширилось промышленное производство, увеличились обороты внутренней и внешней торговли. Имевшаяся в обращении серебряная копейка оказалась слишком мелкой денежной единицей. Для осуществления крупных финансовых операций приходилось подолгу пересчитывать малюсенькие, весившие меньше грамма чешуйки. А для мелкой рыночной торговли копейка была излишне ценной. Доходило до того, что её рубили на несколько частей.
В основу новой монетной системы был положен десятичный принцип: рубль, гривенник, копейка. Главными единицами стали медная копейка и серебряный рубль, который для облегчения внешнеторговых расчётов по весу был приравнен к талеру, как наиболее распространённой денежной единице в ряде европейских стран. Чеканка монеты стала монополией государства.
Так появилась монета, которую нынешним летом подарил музею Алексей Озерский, медная копейка 1709 года (на снимке внизу). Надо сказать, несмотря на давность изготовления и ненадлежащее хранение, дата чеканки монеты хорошо читается. Тогда год писали старославянскими буквами. Ещё в две строки написано слово "копейка", а по кругу — "повелитель всея России". На другой стороне монеты изображён всадник с копьём, по кругу написано "царь Пётр Алексеевич".
Итоги денежной реформы, проведённой великим императором, таковы, что в России была создана наиболее передовая монетная система, которая вплоть до конца 18 века оставалась единственной в мире. К тому же утвердился тип оформления рублей с портретом государя на лицевой стороне. Начиная с 1696 года, на российских монетах всегда указывалась дата.
Алексей Озерский с детских лет полюбил Приозерск. Хотя он житель Петербурга, в городок на Ладожском озере приезжает постоянно: навещает родственников, любуется природой. Медную копейку 1709 года он нашёл в Приозерске случайно, просто на дороге. Не прошёл мимо, а поднял и, внимательно рассмотрев, решил передать в музей.
Ведущая страницы Любовь Дмитриева,
главный хранитель музея-крепости «Корела»