Приозерск 1968 года. На центральной площади горо-да – лужи, здание нынешней гостиницы "Корела" опо-ловинено: если идти со стороны ККЗ, то оно обрывается сразу после входа в помещение. Дальше в полу-подвальном закутке тир, пивной ларёк, пустырь. Это значительно позднее Приозерское РСУ пристроит второе крыло и откроется ресторан "Корела".
А пока – куцее здание, на втором этаже которого рас-положено управление сельского хозяйства района, на третьем – горком комсомола, редакция газеты "Красная звезда", "Союзпечать" и отдел статистики.
Вот здесь, на третьем этаже, я и познакомился с Петром Гейдеком. Он работал в редакции заведующим отделом сельского хозяйства, а меня определили ему в подчинение литературным сотрудником. Друзьями мы стали со второй минуты знакомства. Наши рабочие столы стояли друг напротив друга, у окна. После рукопожатия мой новый шеф, пощипывая фактурную бороду, повернулся к окну, что-то поискал взглядом на площади и душевно произнес: "Я водки хочу".
Работали мы с Гейдеком много, продуктивно, нас частенько отмечали на редакционных летучках в числе лучших, выписывали премии – 3 рубля, 5 рублей… Петр еще подрабатывал, оформляя "Окно сатиры" при заводском ДК. Он хорошо рисовал. Но иногда становился в тупик.
– Олег, что посоветуешь? Доблестная редколлегия (совет ветеранов ПЦЗ) опять "Окно" принесла, пишут: "У Дома культуры завода в лесном массиве дружинники застали Иванову и Николаева за непотребным занятием. Нарисовать – голую женщину под кустом и убегающего от нее голого мужчину".
– Рисуй, нормальная сатира.
К сожалению, вскоре Гейдека призвали в армию (после института ему надо было отслужить 1 год). И в Приозерск он больше не вернулся. Но связь мы поддерживали. После армии он осел на Украине, в Дрогобыче. Возглавил детский журнал "Ранок", потом перешел в более крупное издательство. Но и там надолго не задержался, ушел на вольные хлеба – в свободные художники. И преуспел на этой стезе: стал членом Союза художников УССР, потом СССР, победителем многих конкурсов и выставок.
После развала СССР он с семьей уехал в Германию, т. к. родом из поволжских немцев. Сейчас живет в Кельне, является одним из ведущих международных художников-визиалистов. Приозерская типография в настоящее время работает над изданием двух его художественных альбомов – "Графика" и "Живопись". Желающие в скором времени смогут их купить, так как по моему настоянию аннотации к картинам идут на двух языках – немецком и русском.
На днях я попросил Петра черкнуть пару слов воспоминаний о жизни в Приозерске – по случаю Дня города. Вот что он ответил:
"Приозерск оставил в моей памяти светлейшие воспоминания, несмотря на частые возлияния, которые сопровождали мое там пребывание – редакция ведь, творчество, вдохновение требовалось.
Завораживало звучание слов: Приозерск – Вуокса – Ладога. Да и красота природы Карельского перешейка того времени была неимоверная. Поэтому даже проблемы с жильем не очень как-то мучили: спал пару месяцев в рабочем кабинете в редакции, сдвинув кресла, и не чувствовал себя от этого обделенным. Правда, неприятно было узнать, что в горисполкоме отказались поставить меня на жилищную очередь, потому что, по мнению тогдашних чиновников, я не представляю ценности для города.
Думаю, Приозерск с тех пор сильно изменился – ведь прошло… Мамма миа!.. Прошло 44 года, как я уехал из Приозерска навсегда.
ПРИОЗЕРСК, привет! Надеюсь, у тебя всё хорошо! С праздником!".
Сегодня Петр – реальная мировая величина, его работы представлены в экспозиции Украинской картинной галереи (Львов), несколько полотен закупила даже Третьяковская картинная галерея. И, конечно, он не такой бесшабашный, каким предстает в моих и его собственных воспоминаниях, напечатанных выше. Реальный образ сегодняшнего Гейдека рисуют его рефлексии. Вот несколько отрывков:
" Я оказался на космическом корабле и лечу уже много лет. Этот корабль – мое тело, и я его единственный пассажир и единственный пилот. Но какой-то странный пилот, ибо не знаю, кто этот корабль создал и куда он летит. Знаю только, что однажды корабль остановится, и мне придется сойти. Может быть, там будут цветы и любимые люди. А может быть, я просто вылечу в бездну и никогда не узнаю, кто же все-таки этот корабль построил и зачем – такой удобный, такой безупречный, – он даже имя свое имел "Петр Гейдек", чтобы его можно было отличать от других…".
* * *
– Кто ты такой? – спросил Господь человека.
– Неужели Ты не знаешь? – удивился человек.
– Я знаю, – согласился Господь. – А вот знаешь ли ты?
Олег ТЮРИН