В тот вечерний час в Приозерске на улице Красноармейской можно было видеть вскрытую траншею теплотрассы и двух озабоченных мужичков, что при свете факела-горелки копошились у оголённых труб. Людмила Дмитриевна супругу, с которым прогуливались по городу, сказала:
— Подойти посмотреть надо — не мой ли шов разошёлся?
Мужики в запачканных робах появление пожилой невысокой женщины хрупкого сложения встретили неприветливо:
— А ты кто такая? Сварщица? Когда-то варила эти трубы? Ну, ну, толкуй, бабка, сказки рассказывай!
Зря они так. Людмила Дмитриевна Харитонова этой профессии отдала более четырёх десятков лет, сварщица шестого разряда. И, кстати, её швы на трубах той теплотрассы, наложенные три десятка лет назад, до сих пор держатся, а вот в других местах, как видим, разошлись.
Не думала она в юности, конечно, что станет сварщицей, другие мечты лелеяла. Но в военном 1942 году её, 15-летнюю, с такими же сверстницами из их родного посёлка Старая Ладога по мобилизации направили в училище фабрично-заводского обучения. Знания и практику получали в ускоренном темпе и в сентябре 1943 года уже отправились на военные заводы.
Нашей Людмиле Николаевой (это её девичья фамилия) довелось работать на Новоладожском судоремонтном заводе. Её становление как мастера своего дела проходило в суровые годы, под вой немецких самолётов, взрывы бомб и свист осколков. Уже вскоре ей присвоили четвёртый разряд, потому что талантлива была в этом деле, имела твёрдую руку, верный глаз и умную голову.
Около завода был довольно большой канал с двумя шлюзами, соединённый с рекой Волхов и Ладожским озером. Через Ладогу на баржах грузовые пароходы в осаждённый Ленинград возили продукты. Они часто попадали под бомбёжки немецких самолётов, и тогда их, повреждённых, приводили через канал на завод для ремонта. Девчонкам-сварщицам работы хватало.
А фашистские самолёты налетали практически через день да каждый день. Наши военные тральщики вылетали на прилегающую акваторию, ставили густую дымовую завесу, чтобы скрыть в ней территорию завода, стоящие судна, людей.
Со стороны посёлка Сясьстрой взлетали наши истребители, чтобы отогнать фашистов. И тогда в небе над заводом разворачивались воздушные сражения. Трещали пулемёты, пушки, самолёты загорались, падали.
Часть тех, кто работал на заводе, бежали на берег канала к блиндажу, который использовали как бомбоубежище. Сварщицам нередко приходилось заниматься своим делом и в такие страшные минуты. Были жертвы, напарница Людмилы в один из налётов буквально сгорела в пламени, когда взорвались бочки с бензином.
Работа всегда была на пределе человеческих возможностей, а порой и архиважная. Как-то у одного парохода, который таскал баржи с продовольствием до Ленинграда, вышел из строя котёл — перегорели огнеупорные дымогарные трубы. Поступило срочное задание — чтобы к вечеру пароход был в строю, его ждёт гружёная баржа для блокадного города.
К сварщикам с начальником цеха Яковлевым пришёл и заместитель директора Шляхов:
— Надо срочно вырезать аварийные дымогарные трубы, чтобы поставить новые.
Но для этого нужно было лезть в тесную топку котла, где по бокам находятся эти самые трубы в секциях. Один сварщик полез, попытался что-то сделать, не смог. И у второго ничего не получилось.
Тогда Шляхов подошёл к хрупкого телосложения невысокой Людмиле, которая в это время заваривала пробитую осколками палубу другого парохода:
— Выручи нас.
Та ещё ни разу таким делом не занималась, но взялась:
— Хорошо, я попробую.
Сняла мешковатый брезентовый костюм, надела лёгкий хлопчатобумажный, резиновые сапоги, взяла щиток, электроды, залезла в топку, осмотрелась. Поняла, что даже ей ну очень сложно придётся.
— Времени на работу даю один час, — сказал Шляхов.
И она,15-летняя девчонка, сумела справиться с этой работой раньше срока! Потом в топку поставили, развальцевали новые дымогарныей трубы, и пароход в ночь потянул в Ленинград баржу с продовольствием для блокадников.
Вскоре директор завода Мутовкин пришёл к юной сварщице прямо на рабочее место, приколол к её брезентовой куртке значок отличного сварщика и вручил соответствующий документ.
Когда в феврале 1957 года Людмила приехала в Приозерск и стала устраиваться на целлюлозный завод в древесный цех, то вынуждена была пройти ещё один жёсткий экзамен.
Мастер посмотрел её трудовую книжку, удивился:
— О, поглядите-ка, у неё шестой разряд. А у меня все мужики-сварщики по пятому разряду работают. Пойдёшь по пятому?
— Зачем? У меня шестой разряд.
— Проверим, — многозначительно сказал он. — Но имей в виду, что наш завод переходит на нержавейку.
— Так я нержавейку ни разу не варила.
— Неважно.
Тут же принесли бачок из нержавеющей стали, к которому следовало приварить фланцы, врезать трубку небольшого диаметра. И сама по себе работа непростая, к тому же — нержавейка.
Спасибо, сварщик Роман Берстнев помог, по-тихому подсказал:
— Я тебе ток поставлю большой, вари быстрым ходом, не останавливаясь. Остальное зависит от тебя.
Людмила сняла на морозе пальто, накинула брезентовую робу, взяла щиток, держатель. А все восемь любопытствующих сварщиков окружили её в предвкушении — сейчас эта баба опозорится.
Людмила Дмитриевна начала варить — быстро, уверенно-чётко, без лишних движений. Треск стоит, искры летят. Вот бачок готов.
Его сразу подхватили и унесли на опрессовку — проверить на герметичность, нет ли в швах хотя бы малейших трещинок. Потом, видит, идут обратно. Мастер подошёл:
— Не поверю, что ты раньше не варила нержавейку!
И руку протягивает:
— Шестой разряд тебе даю.
На целлюлозном заводе Людмила Дмитриевна отработала более десяти лет, достойно, честно, при полной отдаче сил, иначе она просто не умеет. И когда перешла в организацию с длинным названием — управление "Сантехработ-73" треста № 42 спецработ Главзапстроя, тоже была уважаемым человеком, специалистом высшей категории. Тогда и довелось ей наложить километры сварных швов на стальные трубы теплотрасс в городе Приозерске, в посёлках Мельниково, Громово, Сосново и других. Качество её работы — наивысшее.
Уже выйдя на заслуженный отдых, Людмила Дмитриевна достойно поработала в Приозерском автопредприятии, о чём свидетельствует фотография, в подписи под которой говорится, что электрогазо-сварщик Людмила Харитонова — мастер своего дела.
Сейчас Людмила Дмитриевна на пенсии, в этом году отметила 86 лет со дня своего рождения. С мужем своим Николаем Ивановичем, который всю жизнь проработал водителем, живут замечательно, душа в душу, поддерживая друг друга, имеют сына, внуков и правнуков. Порой вспоминают дела минувших трудных дней и искренне верят, что нынешнему поколению не придётся переносить то, что выпало на их долю.
Михаил Лисюк