В последние годы у нас, в России, стало модным поститься. Постятся верующие и неверующие, все они точно знают, когда начинается и сколько длится Великий пост.
Дикторы новостных радио- и телепрограмм сообщают о начале Великого поста, Интернет и средства массовой информации пестрят красивыми заголовками о разнообразных рецептах постных блюд и пользе отказа от пищи животного происхождения, в ресторанах и кафе появляются специальные "постные" меню.
Действительно, отказ от пищи животного происхождения нормализует работу органов пищеварения, снижает уровень холестерина в крови и помогает сбросить лишний вес… Все это так, и потому постятся сегодня многие. Ничего предосудительного здесь, конечно, нет. Очень хорошо, что наш народ осознал благотворность диетического питания и не уподобляется в этом вопросе гоголевскому Собакевичу, мечтавшему повесить на своих воротах немца, придумавшего диету.
Если с гастрономической составляющей все более-менее понятно, то вопрос о религиозной составляющей поста всегда находится как бы под покровом некоей тайны и недоумения.
Все слышали, что иудаизм и ислам в некоторой степени предлагают отказ от мяса, а кришнаиты, к примеру, вообще отказываются от употребления в пищу мяса любого животного… Запрет на вкушение мяса здесь связан с понятием ритуальной чистоты (для кришнаитов вкушение мяса может быть приравнено к латентному каннибализму), для христиан разделение животных на субстанционально "чистых" и "нечистых" категорически неприемлемо, это легко можно понять из слов св. апостола Павла о том, что "…нет ничего в себе самом нечистого" (Рим. 14:14) и что "…всякое творение Божие хорошо, и ничто не предосудительно, если принимается с благодарением, потому что освящается словом Божиим и молитвою" (1Тим. 4:4). Но в таком случае почему же православные все-таки воздерживаются в пост от мяса?
В отличие от остальных мировых религий отказ от мяса в православии не несет в себе вероучительного смысла. Отказ от той или иной пищи не является для христиан самоцелью. Существует много причин, по которым человек может не соблюдать телесный пост, например, беременность, старость, нищета, болезнь. Во многих случаях врачи запрещают больным отказываться от скоромной пищи, и Церковь никогда не призывала нарушать их предписания. Святитель Игнатий (Брянчанинов) писал своей заболевшей сестре: "…Непременно вкушай говяжий бульон и другую нужную по требованию твоего тела мясную пищу. Церковь положила в известные времена воздержание от мясной пищи для того, чтоб непрестанно употребляемая мясная пища не разгорячала безмерно тел, чтоб они на растительной пище постнаго времени прохлаждались и облегчались, а не потому, чтоб употребление мяса заключало в себе собственно какой грех или нечистоту. И потому удаление от мяса при необходимости и болезни есть грубый предрассудок русского человека, обременившего небесную религию многими своими национальными дебелостями".
Отношение к скоромной пище как к чему-то нечистому, способному осквернить постящегося христианина, святитель Игнатий считал грубым суеверием и профанацией евангельского учения.
На протяжении всей истории православная церковь никогда никакой мистики в воздержании от пищи не подразумевала. Отказ от мяса, молока, яиц и других продуктов животного происхождения в православном понимании бесконечно далек от мусульманского страха перед "оскверняющей" свининой и действительно в чем-то даже ближе к обыкновенной системе диетического питания. Но есть между постом и диетой существенная разница. Диета по медицинским показаниям обычно соблюдается человеком для исцеления телесных болезней. Цель христианского поста – исцеление болезней души.
В первую неделю Великого поста в православных храмах каждый день многократно звучит покаянная молитва Ефрема Сирина "Господи, Владыко живота моего…", которая заканчивается словами: "…даруй мне видеть прегрешения мои и не осуждать брата моего вовек". Оказывается, видеть свои грехи – не естественная способность человека, а дар Божий. И постятся христиане как раз для того, чтобы сделать себя способными к восприятию этого дара.
Человек часто не видит своих грехов, потому что грех – это уклонение от Божьей воли, отпадение от Бога. Бог не связывает нашу волю и дает нам свободу уйти от Него, когда мы этого захотим. Но никогда, ни на минуту Он не забывает о своих заблудившихся детях.
Мы всегда можем позвать Его, осознав свою беду и беспомощность. И Господь обязательно ответит на наш зов, коснется плачущей души лучами Своей благодати. Тогда, в этом свете Божией любви, мы увидим, как искалечили и запачкали свою душу, блуждая в темноте своих грехов.
В Священной истории такой зов к Богу о помощи всегда сопровождался постом.
Но неужели без поста Бог не услышит человека? Разве Всемогущий Творец Вселенной испытывает нужду в том, чтобы люди ограничивали себя в пище? Конечно, нет! Пост нужен не Богу, а нам самим. В книге пророка Захарии Бог прямо говорит об этом иудеям: "…когда вы постились и плакали… для Меня ли вы постились? Для Меня ли? И когда вы едите и когда пьете, не для себя ли вы едите, не для себя ли вы пьете?" (Зах. 7:5). Пост для человека – не более чем инструмент. Ослабив тело воздержанием от пищи, мы делаем свою душу более восприимчивой к общению с Богом.
Однако пост может быть неугоден Господу, молитва не будет Им принята, зов к Богу останется без ответа, если наше благочестие не будет растворено любовью к окружающим нас людям. Деятельное выражение такой любви у христиан называется милостыней. Милостыня – это не брошенная с презрением к ногам нищего монета. Милостыня – это участие в чужой беде, помощь тем, кому сейчас плохо. Вот как говорит об этом Иоанн Златоуст: "Смысл поста не в том, чтобы мы с выгодой не ели, но в том, чтобы приготовленное для тебя съел бедный вместо тебя. Для тебя это вдвойне благо: и сам ты постишься, и другой не голодает".
Очень часто можно услышать от православных такое пожелание: "Постимся постом приятным!", такое же приятное нашему чреву пожелание можно увидеть на большинстве книжек с рецептами постных блюд. Таким образом, приятность поста сводится нами к вкушению постной вкуснятины, насыщающей наше чрево и не дающей нам испытать хоть какой-то дискомфорт. И как-то даже не сразу приходит на ум, что пост – это жертва. Наша жертва Богу. И приятна она должна быть, конечно же, не нам, а Господу. Как об этом и поет Церковь в первый день Великого поста в стихире на вечерней службе (откуда, собственно, и была бездумно выдернута фраза о "приятном посте"): "Постимся постом приятным, благоугодным Господу: истинный пост есть злобы отчуждение, воздержание языка, ярости отложение, похотей отлучение, обвинений, лжи и клятвопреступления. Сих оскудение – пост истинный есть, и благоприятный".
Легко заметить, что ни одного рецепта постных блюд здесь нет. Так же как нет в этой замечательной кулинарной книге со странным названием самого главного рецепта – того, о котором говорил святитель Иоанн Златоуст. А ведь у него все очень понятно сказано: перейди на более простую, дешевую пищу и употреби средства, высвободившиеся от такой перемены стола, в помощь тем, кто беднее и несчастнее тебя. Это и будет тот благоугодный и приятный Господу пост, к которому призывает христиан Церковь.
Святитель Феофан Затворник писал, что наша жизнь без Бога подобна стружке, завивающейся вокруг собственной пустоты. Человек чувствует эту пустоту, она гнетет его и пугает. Изо всех сил старается он заглушить гнетущее ощущение бессмысленности своей жизни различными удовольствиями – просмотром любимых телепередач, приятной истомой после сытного ужина, алкоголем, игрой на компьютере… Он старается не думать о том, что смерть в конце концов отнимет у него все эти обезболивающие средства, и единственной доступной ему реальностью тогда окажется Бог. Будет ли эта встреча с Создателем радостной для того, кто всю свою жизнь так наивно пытался от Него спрятаться?
Порядок в своей душе нужно наводить, пока жизнь еще не кончилась. В этом, собственно, и заключается главный смысл Великого поста. Иоанн Златоуст пишет: "Итак, что ты, брат, собрал при помощи поста? Не говори мне, что "я столь много дней постился, того и другого не съел, не пил вина, претерпел нечистоту", но покажи мне, сделался ли ты кротким, между тем как был гневливым, и сделался ли человеколюбивым, между тем как до того был жестоким, потому что, если ты упоен гневом, то зачем угнетаешь свою плоть? Если внутри – зависть и корыстолюбие, то какая польза от питья воды?". Отказываясь в Великий пост от мяса, вина и развлечений, верующий человек не совершает великого подвига. Он просто решается пожить без этого духовного наркоза хотя бы семь недель, чтобы наконец заглянуть в собственную душу. А там уже не просто пустота, там накопилось много всякой дряни, как это всегда бывает в хозяйстве с местами, куда мы редко заглядываем. Нужно попытаться разгрести эти греховные завалы, наполнить свою внутреннюю пустоту любовью к Богу и ближнему, просить у Христа помощи в этом неподъемном для человека труде. Только тогда пост станет настоящим духовным подвигом и перестанет быть хотя и полезной для организма, но совершенно бесполезной для души диетой.
Иерей Олег Каратаев