Хорошо, если ты вырос в благополучной семье: на ее примере построишь хорошую собственную. А если с детства видел грязь, пьянство, драки, слышал оскорбления, испытывал нищету? Большинство уподобляются своим родителям и семьи строят, похожие на ту, в которой выросли. Но есть исключения — к ним и нужно стремиться.
Людей с трудными судьбами много, но не настолько, как у Людмилы Григорьевой. Такое ощущение, что испытания сошлись на ней клином.
Детство не баловало. Не потому, что жила в большой семье, где были еще трое братьев. А потому, что мать, избегая побоев, полностью была во власти отца. Не сказать, что он так же относился и к детям — их он просто не замечал. Жил отдельно — в построенном рядом с домом довольно комфортном «сарае». И если детей мать кормила картошкой с грибами, то мужу готовила мясо и салат «Оливье»…
Денег отец не давал, и мать, работая день и ночь, содержала детей сама. Поскольку контроля за ними не было, все, кроме Люды, с детских лет не вылезали из колоний и тюрем. Выходя ненадолго, вновь получали срок…
Когда Люда окончила восемь классов, выбора у нее не было: пошла в ПТУ. Выучилась на повара и уехала по распределению в научный городок под Москвой, где как хорошему специалисту ей вскоре предоставили однокомнатную квартиру. Замуж за ученого, которых в городке было немало, она не вышла (какие у нее были навыки семейной жизни?), сына родила вне брака. Гражданским браком связала себя с человеком пьющим: сколько синяков вынесло тело Людмилы , сколько оскорблений — ее душа! Когда сожитель в очередной раз устроил скандал и избил ее и сына так, что у обоих были выбиты зубы, Людмила продала квартиру и вернулась в Приозерск. Но не бывает худа без добра: родители сожителя оказались людьми на редкость добрыми — совершенно чужие люди помогали растить сына, заботятся о нем и сейчас.
Подмосковная жилплощадь дорого стоит. В Приозерске купила на эти деньги не только двухкомнатную квартиру, но и мебель, телевизор, «видик»… Устроилась на работу: сначала поваром в ресторан, затем — в один из цехов ДОЗа.
Казалось бы, живи и радуйся. Но братья, по очереди приходившие из тюрьмы, покоя не давали: она кормила их, помогала во всем. Вскоре один умер в тюрьме, другой совершил убийства, и его посадили, а Людмила с сыном в постоянном страхе отмщения за убиенных жила, как на вулкане.
Заболела мать, дочь долго ухаживала за ней. После ее смерти Людмила одного за другим похоронила двух братьев. Ходила черная, худая, ветром шатало из стороны в сторону. Разучилась улыбаться.
Сколько денег истратила она на похороны! А от семьи материально не досталось ничего: двухкомнатная благоустроенная квартира отошла государству — приватизирована не была… Чтобы сводить концы с концами, на ДОЗе не отказывалась ни от какой работы. Со временем стала приходить в себя, похорошела, посвежела, но… заболел отец.
— Ты что — за ним ухаживать будешь? — удивлялись знакомые.
— Отец ведь! — отвечала она.
— Да он вас «по стенке размазывал», издевался как! — не унимались знакомые.
— Все равно буду, — не отступала Людмила.
Отца взяла к себе, поселившись в одной комнате с сыном. Масса лекарств, памперсов, постоянная стирка, особая еда — и так три года. Отец еще и капризничал, вредничая: то не буду, это не так! Все терпела Людмила. Одновременно помогала престарелой соседке, у которой пенсия маленькой была — платила за ее квартиру.
Только похоронила отца, умерла соседка, которую тоже хоронила на свои деньги.
Оглядывается Людмила назад: что видела в жизни? Одни испытания. Но, как бы ни было трудно, не унывала, не обозлилась ни на кого. Волком порой хотелось выть, но была в ее жизни отдушина: сын, ради которого делала все, что могла. Лучший кусок — ему: ни в одежде, ни в чем другом Вадику не отказывала. Игровую приставку к телевизору, компьютер — все для ребенка.
Вырос он статный, красивый, очень благодарный матери (сколько вместе пережить довелось!) Чтобы восполнить ее заботу, решил непременно высшее образование получить: заканчивает одиннадцатый класс, вместе с другими мальчишками собирается поступать в университет. Увлекается компьютером, занимается спортом. Словом, дала Людмила сыну все, чем была обделена сама, остальное вложили в Вадика учителя школы № 4. Особенно благодарна она классному руководителю Светлане Святославовне Бородиной, которая стала для ребят второй мамой.
Растит Людмила сына строго, да и сам он не любит лишний раз уходить из дома, где уютно и хорошо не только ему, но и многочисленным друзьям.
— На восемнадцатилетие целая баскетбольная команда пришла! — смеется Людмила.
Гордость переполняет ее за сына. Среди ужасов сегодняшней жизни вырос он на редкость спокойным и добрым. Не злобствует, не завидует никому. Нет надобности ему вступать в «разборки», соперничать с кем-то, озаровать… У него есть все, и самое главное — материнское внимание и душевное тепло.
— Как удалось тебе вырастить такого сына? — спрашивают Людмилу.
— Какого? — удивляется. — Обыкновенный, каким и должен быть.
Хоть знает, каковы сейчас подростки, но действительно считает так. Случается, и ругает за что-то: как же иначе?
Сам Вадик о своей и маминой жизни говорит так:
— Трудно, очень трудно нам было, но всем нелегко сейчас. Поступать собираюсь на дневное отделение и, конечно, буду работать.
Маленькая, хрупкая, смотрит иногда Людмила на своего сына — под два метра ростом, при сорок пятом размере обуви — и смеется, говоря подругам:
— Вот так наступит, не заметив, и раздавит ненароком!
— Да что ты говоришь, мама! — возмущается Вадим. — Как я могу не заметить тебя? Ты самая главная и самая лучшая!
…Уставать стала Людмила от работы и от жизни: то, что испытала она, дюжему мужику не под силу. Но ставит жизнь перед нею новые задачи: выучить сына, крепко поставить на ноги, чтобы не сбился с пути в наше непростое время.
Хрупкая женщина должна найти в себе силы совершить очередной жизненный подвиг, а сын во всем поможет ей. Ведь такой семье, в которой живет Вадик, хоть и состоит она всего из двух человек, могут позавидовать многие его ровесники.
Надежда МУРАШОВА
23 мая 2006 № 56 (10431)