…Ворота Варшавской тюрьмы захлопнулись за мной автоматически. И по территории внутреннего двора повели меня вдоль забора с вышками, на которых находились часовые с автоматами. Остановившись у дверей одноэтажного здания, сопровождающий офицер нажал звонок. За дверями была решетка, она отворилась, и мы оказались в длинном светлом коридоре, по обеим сторонам которого находились многочисленные двери с номерками. Дежурный приказал остановиться у камеры № 16 и распахнул двери:
— Прошу, пане! Сейчас все на работах, до вечера будете одни…
Я осмотрелся… Три аккуратно застеленные двухъярусные кровати, аквариумы с рыбками, вьющиеся цветочки по стенам комнаты с зарешеченным окном, телевизор, стол с посудой, на полочках – фотографии, книги, среди которых различаю самоучители английского… Здесь же, в комнате, отдельное помещение с умывальником и туалетом. И если бы не решетка на большом окне, с трудом можно было бы понять, что ты находишься в камере Варшавской тюрьмы. Я медленно опустился на стул – нужно было привести мысли в порядок…
* * *
Если кто-то из читателей успел с удовлетворением подумать: «Ну наконец-то его посадили! Если не в России, то хоть в Польше», — отвечу сразу – в Польше я учился. И европейская система образования произвела на меня неизгладимое впечатление. Я на себе ощутил, что такое качественное образование. Особенно на фоне сегодняшней российской действительности, когда с повсеместным распространением высшего заочного платного образования произошла его полная девальвация.
…Нас было тридцать человек, прошедших конкурсный отбор одной из самых авторитетных международных организаций – Хельсинкского фонда, предоставившего гранты на учебу. Тридцать журналистов из России, Польши, Республики Беларусь, Латвии, Эстонии, Литвы, Великобритании… На первом этапе учебы – в июле — мы осваивали в основном теорию по международному праву, правам человека, философии, истории… Затем разъехались по своим странам, чтобы в течение трех месяцев практически реализовать полученные знания. И в октябре – снова приехать для продолжения учебы в Варшаву. Занятия проходили в конференц-центре, состоящем из гостиницы, ресторана и учебного центра, оборудованного по последнему слову техники. С перерывами на обед и кофе занятия длились с девяти утра и до семи вечера.
Сначала – лекция по теме. Затем эту же тему тебе раскрывает уже не преподаватель, а практик, например, сотрудник министерства иностранных дел, эксперт Совета Европы или Международный омбудсмен в Косово… Затем вы посещаете по этой теме какое-то специализированное учреждение – Варшавскую тюрьму, Варшавский окружной суд, лагерь беженцев или социальный приют… А далее следует практическое занятие, где создаются условия, в которых вы должны применить полученные знания.
Большое значение придается тридцатиминутным кофе-паузам, во время которых вы невольно за чашкой кофе будете обсуждать с коллегами из других стран услышанное и увиденное, основываясь на своем опыте и своих знаниях. Таким образом, и во время перерывов учеба продолжается.
* * *
… Дверь тюремной камеры распахнулась, и на пороге появился парень лет двадцати пяти. Внимательно посмотрев на меня, протянул руку:
— Анджей меня зовут… Сейчас приготовлю что-нибудь перекусить, и ты расскажешь о себе…
На этаже тюрьмы есть кухня, и вы можете приготовить себе что-нибудь поесть из того, что вам передали в посылках. Это в дополнение к тому питанию, которым вы обеспечиваетесь в тюрьме. Когда мы уже сидели за столом — ели яичницу и пили чай с бутербродами, арестант Анджей мне рассказал такое о Варшавской тюрьме, что, по-моему, я сидел с открытым ртом, а он приговаривал:
— Да ты ешь, ешь…
За финансовые махинации, а Анджей работал бухгалтером и применял схемы, скажем так, не совсем законные, ему дали три года тюрьмы. После вынесения приговора суда он дома ждал его исполнения семь месяцев. В Польше проблема с местами в тюрьмах – их не хватает. И после приговора суда вас отпускают домой, поставив в очередь на отбывание срока заключения. Когда место освобождается и настает ваш черед, раздается звонок: «Прошу, пане, в тюрьму пожаловать!» И вы, прощаясь с женой и детьми, едете в тюрьму!
Главное в тюрьме – получить работу. К этому стремятся все. Во-первых, на ваш счет идет зарплата, трудовой стаж, пенсионные накопления, а во-вторых – время быстрее летит и жизнь обретает более привычные очертания. Тем более что заключенные работают за пределами тюрьмы. Потом начальник тюрьмы расскажет, что из 500 заключенных на сегодняшний день работу имеют только 200 человек – работают в социальных центрах по уходу за пожилыми людьми, в железнодорожном депо, на благоустройстве… Но он использует все возможности, чтобы обеспечить работой как можно большее число заключенных. Я буду неимоверно удивлен, узнав, что в город на работу заключенные ездят без всякого конвоя, самостоятельно возвращаются в тюрьму и вот уже 18 лет не было никаких попыток побега… Конечно же, особо опасные преступники, которые «принадлежат к мафии», такой возможности лишены. Им предоставляется работа на территории тюрьмы. Многие арестанты так привыкают к своему «тюремному» месту работы, что после окончания срока остаются там же и работать.
Я не мог не обратить внимание на четыре аквариума с рыбками, стоящие в камере.
— Животных в камере не разрешают держать, а вот насчет аквариумов с начальником можно договориться, — скажет Анджей. – Здесь все-таки неволя, и хочется о ком-то проявлять заботу… Вот все рыбок и заводят, всячески благоустраивают камеру, цветочки разводят… По вечерам нам разрешено гулять по коридору, общаемся друг с другом, готовим что-нибудь на кухне, кино смотрим, я вот английский учу…
…Когда начальник Варшавской тюрьмы вечером спросит меня, с каким впечатлением я покидаю тюрьму, я чуть было не выпалил ему:
— Да это не тюрьма, а пионерский лагерь какой-то! Посмотрели бы вы наши питерские «Кресты»…
А он словно прочел мои мысли ( работники тюремной службы – люди опытные: человека видят насквозь) и сказал:
— У нас в Польше тюремная система не должна ломать людей, делать из них рецидивистов, потому что тюремное заключение – это всего лишь эпизод в жизни человека, во время которого он должен осознать свое место в жизни и задуматься о ней. У нас работают психологи – они предусмотрены штатным расписанием. Ведь люди после тюрьмы снова возвращаются в общество. И они должны стать лучше после тюремного заключения. В этом заинтересовано общество…
* * *
Я не был в Варшаве 15 лет, и за это время польская столица неузнаваемо изменилась. Варшава стала по-настоящему европейским городом. В центре выросли небоскребы, новомодная современная архитектура притягивает изумленные взоры. Гордостью поляков является восстановление столицы после Второй мировой войны, когда практически весь город лежал в руинах. Вся Польша восстанавливала свою столицу. И сегодня Старый город 17 века со средневековым Королевским замком, знаменитой колонной Сигизмунда, потрясающе красивой Рыночной площадью – полностью восстановлен по рисункам и чертежам 17 века. Поляки действительно сотворили чудо – и ЮНЕСКО признало эти заслуги и внесло весь архитектурный комплекс Старого города в список мирового культурного наследия.
Но поляки нам сказали, что если мы хотим увидеть польский город с многовековой историей, первую столицу государства, город, которым гордится вся страна, город, который является культурной столицей – то надо ехать на юг страны, в сказочный Краков, – один из самых интересных европейских городов.
Сутки в Кракове стали настоящим праздником. В польских городах – множество достопримечательностей. В Кракове достопримечательность одна – сам Краков с его неповторимой средневековой атмосферой, с бубликами, которые продаются на каждом углу и которые можно попробовать только в Кракове, с неповторимым Вавельским замком, из которого нам нелегко было уйти, фантастическим Мариацким костелом… Однажды увидев Краков, ощутив его атмосферу, вы оставляете здесь свое сердце… Я не стал исключением.
Два дня было полностью отдано изучению всемирно известных исторических памятников Варшавы, внесенных в список мирового культурного наследия ЮНЕСКО. В 16 веке король Сигизмунд Ваза перенес столицу из Кракова в Варшаву. Бурная история Варшавы очень интересна и связана с российской историей. Город, называемый северным Парижем, оправдывает свое название. Очаровательный Старый город с узкими улочками и Королевским замком, незабываемый королевский парк и дворец Лазенки, созданный фаворитом наших императриц — последним королем Польши Станиславом Понятовским, прекрасная королевская резиденция и парк Вилянув напоминают старую Варшаву. Все они занесены в список памятников мирового значения. В Лазенках находится памятник Шопену, который, наряду с Русалкой, является символом Варшавы. Здесь с весны до осени проходят концерты пианистов, а сердце Шопена замуровано в костеле Святого Креста.
* * *
…Прощальный вечер в Польше. Мы сидим в средневековом ресторане, который имеет свою историю. От пылающего камина идет расслабляющее тепло. Чтобы понять польский национальный характер, заказываем знаменитые блюда поль-ской кухни: рубец, бигас по-старопольски, который готовится четверо суток, и самый популярный напиток – пиво «Живица» с малиновым сиропом… Поляки пережили великую и трагическую историю, когда одно из самых могущественных государств в средневековой Европе исчезло в конце 18 века с карты мира на сто с лишним лет… Поляки одни из первых начнут бороться с коммунизмом, и в рядах «Солидарности» будет 10 миллионов человек. Если у нас комммунизм пал как-то сам собой, то поляки, уйдя в подполье, в условиях военного положения, сумеют мирным путем лишить коммунистов власти и повести страну по цивилизованному пути развития.
Пока мы воевали в 90-ые годы, проводили неудачные реформы, позволяли грабить собственную страну, Польша занималась строительсвом и восстановлением, и сегодня она – европейская страна.
TxtRedaction>Во время прощального ужина координатор программы обучения Ленур говорит нам, что процесс образования – он непрерывный. Получение сертификатов не означает окончания учебы. Она продолжается… Кто-то из нас будет продолжать учебу в Высшей школе, кто-то будет реализовывать уже свои собственные проекты при помощи Хельсинкского фонда в своих странах…
Сергей ШЕШИН
27 октября 2007 № 122 (10647)