Вот так порыбачила!
24 ноября 2009 № 136 (10959)
Прочитала в газете «Красная звезда» за 12 ноября заметку Т. Смирновой «Вот так прогулялась!». В ней она описывает, как безнадзорные собаки нападают на людей и кусают их, но никто за это не отвечает. Хочу продолжить эту тему.
Я проживаю в Приозерске с 1945 года. Никуда за это время не обращалась: ни в редакцию, ни в прокуратуру, ни в суд. И вот довелось.
Я – рыбачка, ловлю рыбу зимой и летом уже 40 лет. На лодочной станции стоит моя лодка с мотором. 28 августа этого года в 7 часов утра, как всегда, пришла на лодочную станцию «Розовый рассвет» для поездки на рыбалку. Положив пропуск, направилась к лодке и только взялась за тележку, с которой шла, как вдруг на меня напала большая собака кавказской породы и начала кусать за ноги, свалив на землю вместе с тележкой. Как не загрызла совсем?
Я кричала о помощи, но дежурный не слышал: он был на боне – проверял лодки. Потом увидел, что я лежу на земле, а собака стоит около. Он поднял меня, посадил на скамейку и сказал, что эта собака принадлежит работникам ГИМС (государственной инспекции маломерных судов), которая находится рядом с лодочной. Хотел оказать мне помощь, но тут, когда я подняла штанину, из-под нее вывалился кусок кожи с мясом.
Дежурный вызвал «скорую помощь», которая отвезла меня в больницу. Рана была очень большая, я потеряла много крови, мне наложили немало швов. Врач сказал, что рана скальпированная, поэтому может произойти что угодно.
В хирургическом отделении я пролежала три недели – по 17 сентября. Сколько перестрадала! При каждой перевязке кричала от боли, когда снимали повязку. Сколько уколов мне сделали, в том числе и от бешенства. А ведь это отрава, и теперь у меня отравлен весь организм (я даже не понимаю вкуса пищи).
Когда я лежала в больнице, ко мне пришла сотрудница милиции и сняла показания. Я сказала, что собака не с лодочной станции, а с ГИМС – об этом знают все владельцы лодок, ведь мы ходим в инспекцию каждый год для прохождения техосмотра, перерегистрации, обмена прав со старых на новые. И я в феврале 2009 года носила документы на обмен прав. Вход был со двора, эта собака была привязана у них на крыльце, и меня провели мимо так, чтобы она не укусила.
После снятия швов меня с костылями привезли домой, но оставили под наблюдением хирурга. На костылях на перевязки я ходить не могла, и целый месяц мне делал их мой сосед – врач Сергей Павлович Смольянинов, за что ему большое спасибо. Также очень благодарна своему лечащему врачу Игорю Юрьевичу Федорову, который поставил меня на ноги.
И вот прошло почти три месяца. Я понемногу хожу с палочкой, но до полного заживления раны еще далеко. Из ОВД мне пришел на дом ответ, что они провели проверку, в ходе которой выяснилось, что собака является беспризорной, откармливалась работниками организаций, расположенных на берегу Вуоксы, 30 августа по инициативе ГИМС она усыплена ветслужбой.
У меня вопрос: почему соответствующие органы не контролируют организации, которые содержат сторожевых собак, на предмет регистрации животных? Если бы это было, их не выбрасывали бы за ненадобностью на улицу и они не становились бы такими агрессивными. Особенно что касается моей истории, ведь эта собака – не дворняжка, и надо было думать, чем все может кончиться. Ведь здоровье и силы, которые я потеряла, никто не вернет, а мне уже 79 лет.
Н. НАВАГИНА, г. Приозерск
24 ноября 2009 № 136 (10959)