Чёрная морская шинель с погонами капитана первого ранга, китель, ватные брюки цвета хаки, такие же полевая форма и китель, ватный комбинезон и два десятка пуговиц для военной формы – дар жительницы Приозерска А. Матыенко.
Это вещи её супруга Петра Зубарева, воен-врача, капитана первого ранга, кавалера боевых орденов Красной Звезды, Отечественной войны второй степени, медалей «За оборону Ленинграда», «За победу над Германией в ВОв 1941-1945 гг.», ветерана Вооружённых сил, ветерана труда, имеющего многие другие награды.
С благодарностью приняв от неё и передав в военно-патриотическую поисковую группу «Ладога» вещи, прошу Александру Фёдоровну рассказать об их владельце.
Пётр Зубарев в 1940 году из своего старинного городка Стародуб Брянской области после окончания средней школы приехал в Кронштадт и поступил в медицинское училище. Судьба дала ему возможность учиться только один год, потому что началась Великая Отечественная война. Молодых ребят пропустили по ускоренному курсу и уже в октябре 41-го новоиспечённых фельдшеров распределили по военным судам. Пётр Зубарев попал на канонерскую лодку «Москва».
Канонерская лодка – это боевой корабль с малой посадкой и хорошим вооружением. Их чаще всего использовали для сопровождения военных тран-спортных судов, высадки десанта. И канонерка «Москва», в экипаже которой был Пётр Зубарев, в любое время суток, в любую погоду исправно выходила на боевые задания. При их выполнении приходилось бывать под огнём немецких кораблей, подвергаться бомбёжке с самолётов, самим разить врага. Была и ночная высадка десанта морской пехоты под Таллином.
А в зимнее время их корабли, выкрашенные для маскировки в белый цвет, стояли перед Петропавловской крепостью вмерзшими в лёд. Тогда экипаж боевой канонерки осаждённого города на Неве получал в день те же самые блокадные 300 граммов хлеба, что и другие ленинградцы. До того времени Пётр табак на дух не переносил, а тут, чтобы как-то заглушить голод, начал курить.
Со сходом ледяного покрова канонерка «Москва» вновь принимала участие в боевых операциях.
Жительница Кронштадта Саша Матыенко в 41-м году окончила 7 классов. С началом войны школьников сразу приписали в группу местной противовоздушной обороны. По тревоге они бежали на свой пункт, из детского сада и яслей вели, несли детей в бомбоубежище. Это было в начале войны, потом не стало ни детсадов, ни ясель, начался голод. школьников стали посылать разбирать на дрова разрушенные деревянные дома, потому что топить печи было нечем.
Во время учебного года по вечерам, после занятий в школе, ходили помогать медперсоналу в морской госпиталь и эвакогоспиталь. И, естественно, школа была на самообслуживании.
Судьба свела бравого морского офицера Петра Зубарева и девятиклассницу Сашу Матыенко в июле 1943 г. под Кронштадтом в совхозе «Снабженец». Саша летом здесь работала, а Пётр приехал за овощами для экипажа своего корабля.
– Ты кто? – спросил он.
– Я – школьница, перешла в девятый класс. А ты?
– А я решил в академию поступать. Надо готовиться к экзаменам, но у меня нет учебников. Не выручишь?
Она принесла ему учебники. Так познакомились, стали дружить. Поженились только в 46-м, когда после окончания академии в городе Кирове Пётр Зубарев вновь вернулся в Ленинград. Больше они не расставались. Через год Александра Фёдоровна родила сына, а ещё через два – дочь.
Военного врача Зубарева перевели флагманским врачом тяжёлых тральщиков в Балтийск (бывший Пилау) Калининградской области. После окончания боевых действий на Балтике шло разминирование Финского залива. Его немцы так нашпиговали смертоносным железом, накидали с кораблей, самолётов столько мин, выставили столько заградительных сетей с минами, что залив в шутку называли «суп с клёцками». И несколько лет с апреля по октябрь минные тральщики квадрат за квадратом в любую погоду бороздили залив, вылавливая из его вод смертельные мины, уничтожая их.
С 52-го по 56-й Пётр Власович работал врачом отделения госпиталя в Балтийске. В 55-57-х годах учился на высших курсах специализации при военно-врачебной академии и в звании капитана второго ранга до 60-го года работал главным врачом, начальником госпиталя в Польше, следующие пять лет – в Германии, с 65 по 72-й год – в г. Сортавала. Оставив в 72-м году военную службу, Пётр Власович был приглашён в военный санаторий в Приозерск. Здесь и работал врачом до 1990 года, пока не остановилось его сердце.
Такая вот история человеческих судеб.
А сейчас я вновь обращаюсь к приозерцам. Если у кого-то из вас есть не нужные уже вам военная форма, планшет, сапоги, фуражка, пилотка, фляжка, котелок, знаки различия, значки, пуговицы военных лет, отдайте их в руки ребят из ВВПГ «Ладога». Поверьте, там они найдут достойное применение, наверняка вы их увидите на реконструкциях боёв, которые регулярно проводит эта группа. По вопросам передачи вещей военного образца обращайтесь в редакцию газеты «Красная звезда», телефон 37-007.
Михаил ЛИСЮК
3 сентября 2009 № 102 (10925)