«5 июня с. г. в «Красной звезде» была напечатана целая страница о том, как надо правильно писать слова. Очень интересно, спасибо за публикацию.
А я хочу написать о проблемах, с которыми сталкиваются школьники при изучении русского языка.
Дочь перешла в пятый класс. В первом классе слова писала красиво и правильно. Во втором — ещё тоже. В третьем почерк и написание стали заметно хуже. Ну а в четвёртом — гляжу, пишет как курица лапой, при написании коверкает много слов.
Показываю ей её тетради за второй — начало третьего класса, спрашиваю: «Почему ты маленькая писала «самолёт», а сейчас — «самалёт»?». Отвечает: «Не знаю». Стала я думать и додумалась: транскрипция! На уроках по русскому языку они пишут к словам транскрипцию! Зачем? В английском языке понятно: чтобы научиться произносить чужеродные слова. Но свои-то мы знаем с пелёнок!
Не тут-то было. Такое ощущение, что наших детей учат и «правильно» произносить!
Читаю в тщательно проверенных учителем тетрадях за четвёртый класс: [прицида́т’ил’]. Что это? Оказалось, «председатель»! Почему? «Учительница сказала, что мы так произносим», — пояснила дочь. А разве так? Попробовала произнести сама, по крайней мере, получилось «притсидатель». Для интереса попросила сказать это слово родственников, знакомых: все говорят, как я.
А в целом мало ли кто как произносит — страна у нас многонациональная. Главное ведь правильно написать! К примеру, моя бабушка родом из Вологодской области, она до сих пор говорит на «о» (окает). Если в школе написали бы транскрипцию [каро́ва], [малако́], то бабушка чётко произносит [коро́ва], [молоко́]. Её что — переучивать надо?
Читаю дальше: [свабо́да]. А я слышала, что многие произносят [слабо́да] по аналогу со словом «слобо́да». Как с этим быть? [Праф’эс’ий’а], [запав’эдник] — начитаешься такого и писать так же захочется. Это не шутка.
Читаю в тетради: [гал’ир’э́йа]. Что? Я произношу «галирея». Думаю: а как же пишется это слово? С пятёркой по русскому языку в аттестате и университетском дипломе, думаете, как я после этой транскрипции написала? «Галирея». Заглянула в словарь: «галерея»! Вот это да! Расхотелось дальше читать школьную транскрипцию, а то совсем запутаюсь и безграмотной стану.
Поговорила на эту тему с мамой дочкиного одноклассника. Она с ужасом показала его тетради. В четвёртом классе он вместо «трудиться», «знакомиться», «улыбаться» стал писать: «трудица», «знакомица», «улыбаца» — как в транскрипции! «Счастливые мы, — замечает женщина, — у нас транскрипции не было!».
Стало страшно. Что будет у детей с русским языком дальше, если уже сейчас у многих самые плохие итоговые оценки — именно по этому предмету? А ведь русский язык нужен для поступления в любой вуз, другое учебное заведение, не говоря уже о сдаче ЕГЭ!
Одна надежда — может, за лето дочка забудет, как страшный сон, транскрипцию, а в пятом классе транскрипции не станет совсем?
Как же — размечталась! Соседский школьник, перешедший в шестой класс, как ушат холодной воды, вылил на мою воспалённую от недоумения голову: в пятом классе транскрипция есть! И ей по-прежнему уделяется много времени и внимания.
Что же делать? Остаётся только бессильно развести руками и покорно выписывать: [ад’и́нацат’] (то бишь «одиннадцать»), [з’д’э́с’] (перевожу на русский — «здесь»), [прав’и́т’ил’ства] — да-да, «правительство» — и это слово на уроке русского языка подверглось транскрипции (чуть не написала «инквизиции»), а попросту сказать, исковеркалось до неузнаваемости! О чём после этого можно говорить? Ну а молчать уж и вовсе невыносимо»…
О. МИТИНА, г. Приозерск