Оказалась армия Наполеона в Москве
(Продолжение. Начало в №№ 101 и 102 от 13 и 18 сентября)
У Кутузова плана сдавать Москву не было. До Бородинского сражения он считал, что "с потерей Москвы соединена потеря России". Но после генерального сражения изменит свою точку зрения: "Доколе будет существовать армия, не потеряна еще Россия".
На знаменитом совете в Филях, в крестьянской избе, которая стоит по день сегодняшний на Кутузовском проспекте в Москве, фельдмаршала в общем-то никто не поддержал. На совете Кутузов скажет своим генералам: "Вы боитесь отступления через Москву, а я смотрю на это как на провидение, ибо это спасает армию. Наполеон – как бурный поток, который мы еще не можем остановить. Москва будет губкой, которая его всосет". И Кутузов завершит этот совет в Филях, встав и объявив: "Я приказываю отступление властью, данной мне государем и отечеством". Он ни с кем не разговаривал после этого совещания. В своей избе Кутузов провел бессонную ночь. Несколько раз его окружение слышало, что он плачет. Нелегко далось фельдмаршалу его решение оставить Москву французам.
Бесконечные людские потоки устремились из Москвы. Все заставы были запружены населением, бегущим уже после первых слухов об отступлении армии к Можайску.
…С раннего утра 14 сентября русская армия непрерывным маршем проходила через Москву. Испуганное и растерянное население, те, кто не смогли или еще не успели выехать из города и толпились по краям площадей и улиц, смотрели на уходящее войско. Солдаты шли по Арбату угрюмо, не разговаривая, глядя в землю. В некоторых рядах плакали.
Москва по масштабам того времени была огромным городом – 275 тысяч жителей. К приходу французов осталось около 6 тысяч. Это были иностранцы на русской службе, дворовые, оставленные своими господами сторожить имущество, остались и некоторые купцы… Но эти люди растворились на пустынных московских улицах, и Наполеон увидел вымерший, обезлюдевший город.
В первую же ночь в Кремле Наполеону не до сна. Страшный пожар бушует за зубчатыми стенами. Кутузов и московский губернатор Ростопчин, вывезя из города все пожарные средства, приказали поджечь магазины и склады. А москвичи поджигали еще и без приказа, порой свои собственные дома. В Кремле – пороховые погреба, и Наполеона со свитой эвакуируют в Петровский путевой дворец на окраине Москвы. Здесь пережидает Наполеон грандиозный московский пожар, во время которого ночью было светло как днем. И ничего хорошего он ему не сулит. Москва по преимуществу – деревянный город, и выгорит 6,5 тысячи из 9 тысяч московских домов. "Дикая, скифская страна", – повторяет Наполеон. Как же так? Русские ради маневра сдали свою древнюю столицу. А сдавши – сожгли, применив тактику выжженной земли. Армия-победительница оказалась на пепелище. Зимовать здесь нельзя, но Наполеон твердит: "Москва – позиция не военная, а политическая". Отсюда он должен продиктовать русскому царю условия мира. Но три мирные инициативы Наполеона император Александр оставляет без ответа.
Пять недель пребывания в Москве превратили великую армию Наполеона в пьяный сброд. Шел повальный грабеж домов и лавок. Москва была богатым городом. Не было никакой возможности удержать солдат, и немало их сгорели и задохнулись – не все успевали вовремя выбежать из горевших зданий. Все французы пьяны ежедневно. Историки из НИИ военной истории Военной академии Генерального штаба ВС России считают, что именно дармовой алкоголь стал первой добычей французов и одной из главных причин разложения армии. Французские гвардейцы, а это элитные части, докатились до того, что ящиками продавали шампанское из московских подвалов воинским частям, которые в город не впустили. Раньше это считалось бы большим позором, что гвардия опустилась до мелких лавочников. Но в пьяном бреду было уже не до стыда. В 1812 году великую армию, как это ни странно, сгубили не столько русские штыки и пули на поле боя, сколько водка и золото в покоренной Москве. Боевой дух французов был полностью утрачен за время пребывания в Москве с 14 сентября по 19 октября, когда активных военных действий не велось.
Наполеон смотрит на этот кошмар и, проведя напоследок единственный в истории парад оккупантов в Кремле, двигает свою разложившуюся армию на Калугу.
Оставление Москвы французами поначалу вовсе не было отступлением. Что толку сидеть в сожженном городе? Перемещение армии в нетронутые изобильные южные губернии сулило продолжение военной кампании. Но русские под Малоярославцем преградили Наполеону путь на юг и заставили его двигаться на запад, по старой смоленской дороге, на которой, как говорили, "даже кошки нельзя было сыскать". Наполеон впервые повернулся к неприятелю спиной, уклонившись от генерального сражения.
Об изгнании Наполеона из России – в следующей публикации.
Сергей Шешин,
преподаватель истории
Приозерского
политехнического колледжа