Светла июньская ночь в наших широтах, видно далеко окрест, тем более когда вокруг огромное водное пространство. Времени было около двух часов ночи, когда одинокий рыбак услышал звук моторки. Оторвавшись от своего занятия, глянул вдаль и увидел, как из вуоксинского простора в сторону залива Снежный катят две лодки «Казанки», в каждой по человеку. Едут люди, подумал он, ну и пусть едут, может, им в пос. Коммунары надо. Проводил их взглядом да и забыл.
Через час тарахтенье моторов вновь потревожило рыбака. Шли те же самые «Казанки», теперь из залива. Да не одни, за каждой на крепкой верёвке тащилось по две лодки. Намётанным глазом рыбак определил, это были «Пеллы». И тут в его сознании зародилось подозрение, ведь ночное время — любимая пора для обделывания тёмных делишек. Не откладывая в долгий ящик, по сотовому позвонил знакомому, поделился своими подозрениями. Посоветовал проверить, на месте ли его «Пелла». Ранним утром вернувшись в Коммунары, услышал, что этой ночью с берега исчезли четыре лодки. Ну как в воду глядел! Кстати, в ту пресловутую ночь лишился своей «Пеллы» и его знакомый.
Всполошившиеся владельцы пропавших лодок сообщили в милицию. Начались поиски. Когда в Приозерске стали проверять лодочную станцию, назовём её «Тихий омут», там обнаружились все четыре угнанные лодки. Сотрудники милиции подступились с вопросами к владельцу станции. Тот делал удивлённые глаза и всё сокрушался:
– Да вы что! краденые? Ну, кто бы мог подумать? Правда, таких лодок у этих ребят я раньше не видел, но даже помыслить не мог, что они пойдут на кражу. Думал, взяли у родственников или знакомых, тем более ни у одной бортовых номеров не было.
Стали копать дальше, и цепочка совершения преступления прояснилась.
В конце мая собравшиеся около конторы ГИМС в Приозерске мужчины говорили о лодках. Кто-то рассказал о продаже своей, а Пётр Куракин сказал, что знает человека, который готов купить их сразу несколько. Разговор на этом завершился, однако получил своё продолжение через несколько дней. К Куракину подошёл знакомый Сергей Брынцалов и спросил, нужны ли ещё лодки. Тот ответил:
– Сегодня узнаю.
Хозяин лодочной станции Артём Голованов был деловит:
– Как раз начался летний сезон. Лодки, конечно, нужны. Когда будут, сколько?
Тут же выставил условия – за каждую даёт 6 тысяч рублей. Куракин связался по телефону с Брынцаловым. Тому условия показались приемлемыми:
– Ждите сегодня ночью. Я позвоню, уточню, сколько лодок будет.
И вот глухой ночью, на малых оборотах, Сергей Брынцалов с напарником Стасом Григорьевым осторожно подошли на «Казанках» к безлюдному в этот ночной час берегу залива Снежный. Оглядели привязанные на цепях лодки, выбрали четыре более-менее новые. Одна вообще оказалась привязанной простой верёвкой, остальные были надёжно закреплены у причала цепями на замках. Однако деловые ребята были готовы к ситуации и, где полотном ножовки по железу, где кусачками, разомкнули звенья удерживающих цепей. Привязали по паре облюбованных лодок к своим «Казанкам», на тихом ходу отошли подальше от берега, потом врубили полный ход. Брынцалов достал сотовый телефон, набрал нужный номер.
В Приозерске на лодочной станции «Тихий омут» запиликал сотовый у Куракина. Он поднёс его к уху:
– Алло. Сколько лодок? Когда вас ждать?
Обернулся к хозяину лодочной станции:
– Гонят четыре лодки. Расчёт – как договаривались?
Через некоторое время к причалу подошли две «Казанки» с «Пеллами» на буксире. Поставщики лодок оставили их и уехали, чтобы через час встретиться в ночном кафе с посредником и получить расчёт. И эта встреча с передачей денег за ворованные лодки произошла. Криминальный круг замкнулся.
А теперь немного поразмышляем. Если вам согласны продать за 6 тысяч рублей лодку, цена которой от 15 до 20 тысяч, это должно насторожить. На лодку нет документов? Ещё один тревожный сигнал. И уж если означенные плавсредства пригоняют под покровом ночной темноты, стараясь обойтись без лишних свидетелей, — совсем плохой симптом. Для покупателя должно быть ясно: здесь пахнет криминалом.
Думаете, наивным да несмышлёным был владелец «Тихого омута»? Ой, не надо! В жёстком мире бизнеса бестолковым и беспечным делать нечего. Здесь на первое место выходят хватка, умение поставить дело и получить прибыль. И в этой атмосфере наживы недобросовестные предприниматели не упускают возможности наварить бабки на скверно пахнущем, а то и откровенно криминальном деле. А ворам хотелось срубить бабки, вот и сошлись их интересы.
Правда, на скамью подсудимых сели только похитители Сергей Брынцалов и Станислав Григорьев, получившие наказание согласно тяжести преступления. Бизнесмен на суде проходил только свидетелем. И тут видится некая несправедливость, связанная с несовершенством нашего законодательства. Не будь этой цепочки «вор – покупатель ворованного», могло не быть и состава преступления, ведь именно спрос рождает предложение. Знай покупатель краденого, что за свои деяния отвечать ему наравне с ворами, не было б у него соблазна польститься на даровщинку.
Кстати, и посредник Пётр Куракин подвизался тоже в качестве свидетеля. Хотя он способствовал контакту похитителей и покупателя, способствовал сбыту краденого, получил свою долю. Значит, тоже завязан в одну цепочку с участниками этого криминального дела. И судить бы его надо как участника преступления, совершённого по сговору группой лиц. Однако это требуется доказать, что очень сложно. А у покупателя и посредника был один аргумент: «Мы не знали, что лодки ворованные». Потому и прошли свидетелями. Но, надо полагать, всё это до поры до времени.
Михаил ЛИСЮК
(Имена и фамилии изменены)
15 ноября 2008 № 130 (10804)