В продолжение темы
Когда прочитала статью Н. Мезенцевой к 40-летию аварии на Чернобыльской АЭС, всколыхнулись разные чувства. Много горя принесла эта трагедия. Но статья получилась светлая, жизнеутверждающая. С подачи автора она словно озарена доброй улыбкой Аркадия Ускова – одного из ликвидаторов аварии, о котором идёт речь в статье. Наверное, такими же добрыми и открытыми были все, кто, проявив свои лучшие качества, сделал всё возможное и невозможное, чтобы жизнь продолжалась сегодня.
Но сколько бы ужасающими и скорбными ни были те события, статья – о победе добра над злом, жизни – над смертью. И жизнь, пробиваясь через кромешный ад, действительно пускает новые ростки.
Автор описывает, как заражённые террuторuи вновь покрываются растениями, восстанавливается животный мир. «Идут процессы, которые иногда сложно объяснить», – подчёркивает Н. Мезенцева.
Но горькая суть в том, что как бы люди ни считали себя порой центром мира, а даже «радиация оказалась добрее человека»: «Прuрода, похоже, начала очuщаться – без помощu, без технологuu, без человека». «И, пожалуй, самое страшное открытuе Чернобыля – не в радuацuu, – резюмирует автор статьи, – а в том, что мuр прекрасно жuвёт без нас».
Но мы-то не можем прожить без его благ, при этом зачастую пользуемся ими небрежно, расточительно, не думая о последствиях. Вот и чернобыльской катастрофы, как выясняется по происшествии времени, можно было бы избежать, как и утрат, связанных с ней.
Не покидает боль за тех, кто был тогда в самом пекле – кто выжил и кого с нами рядом нет. Боль не только за них самих, но и за их семьи, друзей, близких знакомых. Больно за тех, над кем прошли радиоактивные облака и кто получил облучение.
Моя знакомая рассказывала, что когда она несколько лет спустя прочитала в нашей «Красной звезде» статью об одном из ликвидаторов аварии – военном лётчике, испытала шок. Он говорил, как летом 1986-го в определённое время пролетал над побережьем Чёрного моря и, зная направление движения радиоактивного облака, ужаснулся: пляж под крыльями самолёта весь был усеян людьми. Они не верили или не хотели верить в смертельную опасность…
«Я как раз загорала тогда на этом пляже», – с горечью сказала моя знакомая, которой был поставлен диагноз: онкология. Через десять с небольшим лет после этого разговора её не стало. И сколько таких судеб…
Торжеству жизни, её возрождению в районе Чернобыльской АЭС мы, конечно, рады. Но что касается здоровья людей – последствия аварии сказываются и на потомстве, причём не на одном поколении. Это глубокая, незаживающая рана.
Вот и сейчас не испытавший на себе эту боль Запад (особенно его явно инфальтивное, если не сказать жёстче, руководство) то ли по глупости, то ли из-за бравады (мол, нас это не коснётся) пытается раздуть новую мировую войну, подстрекая ядерные державы на применение смертоносного оружия и провоцируя взрывы на АЭС. По их мнению, «лишние» люди должны погибнуть, а территории – остаться, чтобы жили на них только «избранные», их дети и внуки. И не задумываются о том, что в один прекрасный день они могут оказаться на таком вот солнечном пляже со всеми вытекающими из этого последствиями.
Оптимистичные и одновременно трагичные мысли породила статья Нины Мезенцевой. Спасибо ей и редакции «Красной звезды» за эту очень человечную статью, напоминание о страшных событиях, о которых, конечно же, забывать нельзя.
В заключение хочу подчеркнуть, что какими бы удручающими ни были те события, а торжество жизни, её победа над смертью действительно одерживают верх. Эта победа во многом сродни нашей победе в Великой Отечественной войне и других выпавших на долю страны испытаниях. Она – залог и той победы, которую, как бы ни было трудно, непременно надо одержать в специальной военной операции. А иного не дано
М. СИЛАНТЬЕВА